Наследник пепла. Книга V

Другое дело, что Костя ею воспользовался для поражения противника, но это не было запрещено. В целом, по моему мнению, Жердев в бою больше походил на берсеркера: скорость, ярость и прочее.

Собрав все необходимые показания, нас отпустили. И когда мы уже вышли на крыльцо центрального корпуса, мой взгляд невольно снова обратился к стеле, а пальцы прикоснулись к амулету.

И тут я понял, что он снова греется. Пока ещё не настолько горячий, как был во время прорыва демонов, но всё равно теплый и продолжал нагреваться.

Глава 11

Вирго в личине Слободана Зорича прибыл на аудиенцию к императрице, слегка нервно поправляя манжеты. Её величество вызвала его через своего дядю — Светозарова Иосифа Дмитриевича. Вирго, скользя взглядом по роскошным гобеленам личного кабинета императрицы, внутренне усмехался: интерес государыни явно простирался дальше простого отчёта о ситуации со стелой и прорывом. И это прекрасно играло ему на руку — в отличие от настоящего Слободана, он не собирался долго игнорировать её явный интерес.

Ему нужно было как можно быстрее наладить тесный личный контакт для того, чтобы впоследствии узнать всю интересующую его информацию по минералу.

Когда двери распахнулись, он вошёл, искусно изображая лёгкую робость. Императрица устало потирала виски, но при его появлении слегка выпрямилась, а пальцы переместились с висков к жемчужному ожерелью, невольно привлекая внимание к зоне декольте.

Вирго даже мельком отметил, что императрица в целом весьма одарённая женщина в плане магии, однако, уже несколько утратившая былую свежесть. Лекари, конечно же, старались придать ей вид молодой цветущей девушки, однако же, нутро не обманешь.

— Слободан, — её губы растянулись в тёплой улыбке, глаза блеснули искренней радостью, — рада видеть вас в добром здравии.

Вирго склонился в почтительном, но не раболепном поклоне, намеренно задерживая движение на долю секунды дольше положенного. Поднимаясь, он устремил на императрицу такой жгучий взгляд, что та невольно опустила ресницы, а под слоем пудры на её щеках проступил лёгкий румянец."

"— Благодарю, Ваше Императорское Величество, — его голос звучал тёплым бархатом, с лёгкой хрипотцой. Он намеренно сделал паузу, облизнув губы, — Я не могу выразить всю благодарность, исходящую из моего жаркого сердца… — его рука непроизвольно прижалась к груди, — за то, что вы не оставили меня в столь плачевном состоянии, ничего не помнящего и не знающего о себе и о мире. Если бы не ваше упрямство… — он нарочито замолчал, делая выразительные глаза, — я не знаю, как существовал бы. Моя благодарность вам не знает границ. — Его взгляд, казалось, физически ощущался на коже императрицы. — И знайте, моя душа и сердце навеки принадлежат вам.