В начале пути

Но ведь это можно делать и иначе, не обязательно из-под палки.

Молодой император решил идти иным путем. По империи поползли слухи, что картофель просто небывалое лакомство, кое доступно только знати. Мол, Петру Алексеевичу был знак от Господа, как можно накормить народ. Он даже издал указ, чтобы никто не препятствовал разведению картофеля, дабы простой люд мог вкушать сей плод, превосходящий репу и куда более плодоносный. Но знать тот указ спрятала подальше, чтобы только им вкушать картофель. А что церковники? В гневе на деда государя, много греховного натворившего да множество притеснений им учинившего, они всегда готовы царю-батюшке вредить. А нешто он в ответе за дела дедовы?

Надо ли говорить, что слухи распространялись людьми Ушакова. Для этого у него имелся хорошо отлаженный механизм в виде смотрящих и их помощников. Для всех незаметные, к властям отношения не имеющие. И потом, для распространения этих слухов много не надо. Хотя не помешало бы некое подтверждение.

В качестве такового выступило то, что на барских столах и впрямь не реже раза в неделю бывал этот самый картофель. И посадки его имелись близ усадьбы. Не так чтобы и много, но были. И, вкушая тот картофель, господа следили за тем, чтобы прислуга к нему не прикасалась, а лишь готовила. Остатки же должны были уходить в помои.

Нет, никакого указа по этому поводу не было. Просто среди знати также распространились слухи о том, что император видит в том овоще еду утонченную, господскую, так как сам потребляет картофель по нескольку раз в неделю и сильно жалует. Не пристало ему, императору, есть пищу простолюдинов.

Звучит как-то противоречиво. К тому же хлеб, он везде одинаков – и на императорском столе, и на крестьянском. И тем не менее слухи эти крепли день ото дня. Мало того, бывая на званых обедах или попросту в гостях, Петр неизменно просил блюдо из картофеля и сильно злился, когда такового не оказывалось. Случалось, что гневно поднимался из-за стола, покидал дом, оставляя хозяев в сильном замешательстве, и порога больше не переступал.

Причем бывал он далеко не только в столичных домах, но и имения посещал, и малые усадьбы, да еще и не упреждая. Правда, справедливости ради нужно заметить, что пока далее Новгородской губернии не ездил. Но слухи крепли день ото дня, и запасы этого самого картофеля стали появляться повсеместно. Мало того, из уже вошедшего в моду плода старались готовить все новые и новые блюда, дабы при случае угодить императору.

Не забыл Петр и о церкви. Феофану было строго указано, дабы в храмах никаких проповедей против картофеля отныне не велось. Указано на словах, а вот ответить за своеволие он мог вполне реально. Нет, Петр вовсе не собирался заручаться помощью церкви в этом вопросе.