В начале пути

Петр счел, что ему в этот процесс лучше не вмешиваться. Единственно только уточнил будущему ректору, что вопросы, которые предстоит решать институту, будут самыми разносторонними, от баллистики до химии, и исходя из этого следует комплектовать коллектив исследовательского института.

В настоящий момент в Саглине трудилось пятьдесят молодых ученых. Они еще не имели ученых степеней, да и учеными-то не могли называться, но Петр верил, что именно эти, по сути, еще молодые люди, не старше тридцати лет, куют будущую мощь России.

Сила государства не в штыках и не в пушках. Всего этого на Руси всегда было с избытком. Настоящая сила в знаниях, а вот с этим-то как раз обстояло не очень хорошо. Петр Великий заставлял подданных учиться буквально из-под палки, его внук решил продолжить это дело.

Только на эти три направления ушел миллион рублей, без остатка. Конечно, нельзя сказать, что не потребуется дальнейшего финансирования, но эти траты не шли ни в какое сравнение с уже понесенными единовременно. Одно только строительство Саглина в течение всего лишь года и оснащение всем потребным института съело львиную долю этого миллиона.

Следующие траты были связаны с флотом. Его положение было просто плачевным. За время царствования Петра не было заложено ни одного корабля. На верфях только достраивались заложенные еще при деде и при Екатерине. Из всего флота меньше трети кораблей оставались боеспособными, еще какая-то часть их считались таковыми весьма условно – они могли использоваться только в тихую погоду и на небольшом удалении от берега. Остальные представляли собой наполовину сгнивший хлам. Общая задолженность флоту на содержание и жалованье составляла полтора миллиона.

Конечно, можно было на примере той же Австрии отказаться от столь дорогой игрушки, как боевые корабли. Но Сенат решил иначе. Впрочем, Петр тоже поддержал это решение. Довольно обширное побережье Балтийского моря, оказавшееся в руках России, и ее интересы требовали иметь боеспособный флот, с которым бы считалась та же Швеция, ибо мир с ней оставался шатким.

В связи с этим возобновилась строительная программа флота. Проводилась ревизия старых судов на предмет ввода их в строй. В настоящий момент в Кронштадте был заложен один линейный корабль, в Архангельске два фрегата, которые были куда дешевле линкора. При их строительстве было решено максимально использовать часть оснастки пришедших в негодность судов, все же она составляла до трети от общей стоимости кораблей. При таком подходе экономия доходила до пятнадцати процентов.

Активно заготавливался лес. Петр не видел смысла строить корабли из сырого дерева. Срок службы таких судов в два раза меньше, а отсюда и явный убыток казне.