В ловушке времени

Ибо это было время его жизни, время, когда он пребывал на земле после того, как побывал у источников, и до того, как позволил себе — не предвидя роковых для себя последствий — погрузиться в глубокий сон.

Зло собственной персоной…

Тенгель Злой…

9

Она увидела его не сразу. Но в душу ее закрался неясный страх. Она почувствовала, что над ней нависла опасность.

Но она не успела собраться в мыслями, ибо в мгновение ока очутилась на новом месте. Или нет…

Как же это?

Она была в саду, но этот удивительной красоты сад, разбитый с учетом мельчайших деталей и полный такой прелести, что глядя на него захватывало дыхание, эти цветы, благоухающие под сенью высоких деревьев… Здесь не было и намека на степной ландшафт, это не напоминало ни Маньчжурию, ни отроги Алтая, ни сибирскую тундру.

Это была Япония. В этом не могло быть сомнения. И хотя Китай тоже мог похвастаться садовой архитектурой, она находилась не на материке. Сад был подлинно японским, тут нельзя было ошибиться.

«Что же произошло? — недоумевала она. Деревья, окружавшие ее, были так высоки, что она едва различала верхушки. Растительность была до того буйной, все цвело таким пышным цветом, что перекинутый над журчащим ручьем очаровательный маленький мостик, где она стояла, тонул в глубокой зеленой тени. Она словно бы находилась в зеленой пещере, однако задрав голову, она разглядела лестницу, что вела во дворец. Или то был храм?

Как же это так? Я переместилась почти на два века вперед, и все равно я в Японии.

Меня уже зовут не Мачико. Я — Сэдзуко. Но я тоже придворная дама — во дворце другого правителя, в другую эпоху.

Придворной дамой я стала исключительно благодаря стараниям моей матери. Я принадлежу к знатному роду, однако мой прадед по отцовской линии был рожден вне брака. Его отец сбежал в Маньчжурию, после того, как обесчестил мою… Когда же это было? Уфф! — нет, не могу вычислить. Но поскольку оба они были из клана Хейке, ей позволили остаться при дворе, несмотря на ее позор. Только уже не в качестве придворной дамы. Однако потомки ее сумели пробиться. Мужчины стали великими воинами. А женщины — образцовыми дворцовыми прислужницами. Тем более что они обладали художественными наклонностями. И вот теперь подошла моя очередь. Я первая в нашем роду, кто снова удостоился звания придворной дамы. Я горжусь этим! Я состою при дворе самого императора!»

Сэдзуко вздрогнула. Ибо в нос ей ударило неописуемое зловоние. На сад опустилась глубокая, отдающая гнилью тьма.

Девушка, лежавшая на кровати в Осло, почувствовала, как ее утягивает, засасывает куда-то вниз. «Ну началось, — подумала она. — Господи, да что же это такое!»

Ее кружило и кружило, в хаосе тьмы, и утягивало вниз, среди воя и визга, ее душил страх, от которого, казалось, она разорвется на части.