В лапах зверя

И невероятно жестокого. И думаю лишь о том, какая я дура.

Полетела, как бабочка на свет, и чуть в огне до пепла не сгорела.

Больше не хочу, спасибо.

Но проблема в том, что огню понравилось играть с бабочкой…

И отпускать ее он не собирается.

Пока не сожжет.

Дотла.

История Савы Симонова, брата сурового Сандра из истории В ЛАПАХ ЗВЕРЯ (https:// /shrt/gZl6).

У Савы тоже фамильные ЗВЕРИНЫЕ ПОВАДКИ. Но, в отличие от братишки, он любит ПОИГРАТЬ. Посмотрим, выйдет ли ему его игра боком?

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ

ОЧЕНЬ ОТКРОВЕННО!

ГЕРОЙ - РЕДКИЙ ОБАЯТЕЛЬНЫЙ ГАД

ГЕРОИНЯ - НЕ МЯМЛЯ, А ВПОЛНЕ БОЕВАЯ ЕДИНИЦА!

МНОГО 18+!

ПРИНУЖДЕНИЕ!

Рассчитываем свои силы, нежные мои фиялки, что потом не плакать в комментариях)))

И ОБЯЗАТЕЛЬНО СМОТРИМ БУКТРЕЙЛЕР! В ОТДЕЛЬНОЙ ВКЛАДКЕ РЯДОМ С АННО! ПЕРЕХОДИМ ТАМ ПО ССЫЛКЕ В ВК-ВИДЕО! ВЫ НЕ ПОЖАЛЕЕТЕ!

Обложка от Танюши! Буктрейлер от Марго! Спасибо, девочки, вы - лучшие!

Девочки, заходите, новинке очень-очень нужно ваше внимание!

Глава 81

— Че, сестренка, тяжко? — Сава, как всегда, неподражаемо оптимистичен и показательно долбоебен.

Скалится, крутит на запястьях разноцветные браслеты, потирает слегка покоцанную скулу. Это ему еще в Краснодаре рикошетом прилетело, насколько я помню.

И не отлипает от экрана телефона, переписывается с кем-то так интенсивно, что аж под пальцами горит, наверно.

Мы сидим на балконе моей комнаты, курим.

Верней, Сава курит, а я любуюсь природой."

"И пытаюсь унять внутреннюю дрожь неуверенности, которую так мастерски поселил во мне отец.

После разговора два часа прошло уже, а я все никак прийти в себя не могу.

И мысли одолевают, бесконечно тупые мысли!

— А ты откуда видишь? — кошусь я на него удивленно. Занят же по самые гланды, а все подмечает, настоящий Симонов, блин, змей многоголовый.

— Так чего тут видеть? — удивляется он, поднимает на меня взгляд своих невозможно синих ярких глаз, откладывает телефон, — папаша твой недоволен. Не по его все происходит. Мой папаша, скорее всего, весь оставшийся бизнес Урала под себя подгребет. И еще по тем, кто ему помогал, пройдется. Братишка мой тебя себе забирает… И, в итоге, твоему остается только что?

— Что?

— Топтаться на костях своих питерских доброжелателей! Да и то, там мой папаша уже оттоптался. Короче, никакой радости в жизни. Этим хищникам знаешь, что надо?

— Что? — дурачком-повторюшкой снова спрашиваю я.

Сава наклоняется ко мне, глаза его блестят неожиданно жестко:

— Кр-р-рови… — хрипит он, словно заправский вампир-оборотень, если бывают такие, конечно. Но, судя по этой наглой морде, один — точно есть.

— Дурак… — обиженно отворачиваюсь я.

— Не, не дурак, — неожиданно серьезно говорит Сава, — просто я — тоже Симонов. А Симоновы — все холодные звери.

— И Сандр? — спрашиваю я зачем-то.

— А он — в первую очередь, — кивает Сава.