Билеты в один конец

А ночью, когда она засыпает, перебираю сайты и нахожу квартиру. Небольшую. Чистую. Недалеко от сада. По карману бьет, но я даже не думаю. Просто нажимаю «написать» и оставляю заявку. Утром вношу задаток. Чтобы не передумать.

Вечером Лена пытается опять поговорить. Извиняется. Просит остаться. Но уже поздно. Решение принято. Я не знаю, правильно это или нет. Но точно знаю: там, где меня называют дурой за чувства, обесценивают – оставаться нельзя. Это мы уже проходили.

* * *И, как водится, беда не приходит одна."

"В тот день когда мы переезжаем, на пороге новой квартиры появляется Толя. Злой недовольный. Хрен знает, откуда он узнал адрес. Может, Лена слила. Может, сам выследил. Но стоит как истукан и смотрит исподлобья, как всегда, когда хочет устроить сцену.

– Ты ради него все это делаешь? Ушла от меня? Лишила дочь отца? Показываешь ей, как надо? Это ты считаешь нормальным?

Подходит ближе и хватает меня за локоть. Сжимает с такой силой, что я дергаюсь от боли.

– Я заберу ее у тебя слышишь. Так и знай.

– Отпусти, – говорю тихо.

Он сжимает сильнее, чем пугает Алису. Она начинает всхлипывать.

Похоже, жизнь учит быть сильной через мужчин. Толя хочет сломать меня угрозами, а Таранов молчанием.

– Нам обоим известно, почему я ушла. Ты хотел строить жизнь под себя, без моего уважения, чтобы я прав никаких не имела. Единоличное главенство и ноль партнерства. Прекрасный пример для дочери, не так ли?

– А быть сиделкой для умирающего и выхаживать дохляка?

Он говорит это с таким ядом, с таким наслаждением, будто плюёт в самое сердце.

– Лучше я проживу несколько месяцев с человеком, который меня уважает, дает мне выбор и во всем помогает, не сыплет угрозами чуть что не по его, чем остаток жизни с тобой играть в сырую постановку под названием «благополучная семья». Ты же постоянно давишь, орешь, унижаешь, думая, что так и должно быть. Но так быть не должно! И вообще, можно быть при смерти, но оставаться человеком, а можно быть пышущим здоровьем успешным мужчиной, но обезумевшим деспотом и глупцом.

– Дура, – выплёвывает с презрением Толя. – Какая ты дура, Таня! Ну ничего еще пожалеешь, – отшвыривает мою руку и уходит.

Алиса испуганно жмется ко мне. А мне и самой страшно. Вокруг сгустились непроглядные сумерки, и я оглядываюсь по сторонам, пытаясь найти хоть крошечную полоску света, чтобы пойти к ней, но не нахожу. Сколько ни всматривайся – одна темнота.

46 глава

Таня– Вот это согласие на осуществление сделки с квартирой ты ему на хера давала? – тычет Сколар документами мне в лицо. – Тань, ты же сама юрист, должна была понимать, что он потом в своих целях может использовать это против твоих интересов. Он взял и оформил всё на мать, и мы бы в суде это могли оспорить, и как-то в твою сторону обернуть, если бы не было этого согласия.