В конце они оба умрут

"

"– Ну и дерьмовые же из вас преступники, – смеюсь я.

– И ведь даже на домашний арест не посадили, – добавляет Эйми. – Стыдобища.

Мы разжимаем объятье, но стоим очень близко, как будто толпа вынуждает нас прижиматься друг к другу. Все трое друзей смотрят на меня, не отрывая глаз: Тэго так, будто хочет погладить меня по голове, Малкольм – как будто увидел привидение, Эйми – будто хочет обнять меня еще раз. Я не позволяю Тэго относиться ко мне как к щенку и не кричу «Бу!» в лицо Малкольму, но делаю шаг вперед и крепко обнимаю Эйми.

– Прости, Эймс, – говорю я. Я и не знал, насколько мне будет стыдно, пока не увидел ее лицо. – Нельзя было так от тебя отгораживаться. Уж точно не в Последний день.

– Ты тоже меня прости, – говорит Эйми. – Мне важна только одна команда, и мне стыдно, что я пыталась играть за обе. У нас непростительно мало времени, но ты всегда будешь для меня важнее. Даже после…

– Спасибо за эти слова, – говорю я.

– Прости, что пришлось произносить такие очевидные вещи, – говорит Эйми.

– Все в порядке, – отвечаю я.

Я знаю, что помог Матео зажить своей жизнью, но и он помог мне. Помог вернуться в форму. Я хочу, чтобы меня помнили за то, какой я прямо сейчас, а не за то, какую идиотскую ошибку я совершил. Я оборачиваюсь и вижу, что Матео и Лидия стоят рядом плечо к плечу. Я беру Матео за локоть и подвожу к нашей компании.

– Это мой Последний друг, Матео, – говорю я. – А это его лучшая подруга, Лидия.

Плутонцы жмут руки Матео и Лидии. Наши солнечные системы сталкиваются.

– Вам страшно? – спрашивает Эйми нас обоих.

Я хватаю Матео за руку и киваю.

– Игра скоро подойдет к концу, но мы уже выиграли.

– Спасибо, что позаботился о нашем друге, – говорит Малкольм.

– Вы оба можете считать себя почетными плутонцами, – добавляет Тэго. Он поворачивается к Малкольму и Эйми. – Надо бы нам сделать такие значки.

Я пошагово рассказываю плутонцам о своем Последнем дне и посвящаю их в историю о том, как мой инстаграм вновь обрел цвет.

Песня «Elastic Heart» Сии подходит к концу.

– Нам пора вон туда, так ведь? – Эйми кивает на танцпол.

– Вперед! – Матео произносит это раньше меня.

Матео

17:48

Я хватаю Руфуса за руку и веду за собой на танцпол. В этот момент на сцену поднимается чернокожий парень по имени Крис и объявляет, что собирается спеть песню собственного сочинения под названием «Конец». Это рэп о прощании с близкими, кошмарах, от которых хочется очнуться, о неизбежной хватке Смерти. Если бы я не стоял сейчас рядом с Руфусом и нашими близкими, я, наверное, ужасно бы затосковал. Но вместо этого мы все танцуем, хотя я и представить себе не мог, что буду не просто танцевать, а делать это с человеком, который бросил мне вызов и заставил меня жить.