Катастрофа в подарок

Потомок вольных стрелков из Сибири не носил штанов из оленьей шкуры, дарящих свободу не только движениям ног, но и укрытым за складками гладкой кожи чреслам. Тесные плавки, надетые под эластичные бриджи, сжимали хлопковыми объятиями круглые «сокровища», полные частичек новых отпрысков крепких «сибиряков».

Михаил раз за разом прокручивал в голове момент тесного контакта круглой коленки Натальи с «инкубатором» сперматозоидов Иванова."

"Картинка гримасы боли, исказившей мужественное лицо друга, не выходила из головы юриста. Он осторожно почесал немалую выпуклость между ног и высказал вслух мучавшие мозг сомнения:

— И оно мне надо? Взрослый мужик, единственный наследник по мужской линии, а ввязался в сомнительное пари, как глупый пацан.

Он, представив, как ставшее острым колено врезается в его собственную плоть, тихо простонал и вскинул взгляд в бирюзовое безоблачное небо. Слова просьбы сами собой сорвались с уст верящего в силу закона божьего христианина:

— Господи, убереги дурного сына твоего от подобной участи! Прошу, не позволь сделать мои яйца бесплодными погремушками для детей сестры!

Он сполоснул лицо холодной водой, прежде чем вернуться к друзьям в раздевалку, прошептав на пороге уже не Отцу Небесному, а самому себе:

— Что скажет обо всём этом Ольга? — и громко застонал, осознавая, что «детоубийственной» частью ноги может стать и мениск ревнивой блондинки, ненавидящей всех подруг Илоны.

— По кому стонем? — уже переодевшийся Рома с усмешкой встретил задержавшегося в туалете Потапова. — Ты незаметно провёл кого-то в кабинку для получения оргазма?

— Я наблюдал из окна за Натальей.

— И что?

— Не нравится мне всё это. — Юрист обернулся к кряхтящему Иванову, с помощью длинной ложки обувающему ботинки:

— Ты, конечно, Лев, меня извини, но твоя любимая сестрёнка — та ещё язва и мужененавистница. Ни к чему хорошему знакомство с ней Сидорову не приведёт.

Он обвёл взглядом притихших друзей, каждый из которых по-своему оценивал произошедшее в зале, но сошедшихся в озвученном Потаповым мнении:

— Яйца Льва — не последние, что пострадают от притворяющейся ангелом брюнетки.

Иванов в недоумении поднял взгляд на друзей.

— А при чём тут все вы? Я же сказал — она моя!

— Ну, нам она тоже понравилась, — ответил за всех спорщиков Егор.

— И когда успела? — Брови директора сошлись на переносице, но на давно закончивших школу мальчиков угроза не подействовала.

— Я тебе об этом ещё в отеле сказал. — Младший Запашный облегчённо вздохнул, посчитав, что теперь его участие в пари не может расцениваться предательством друга.