В канун Рождества

Ее возвращение из Корнуолла принесло Оскару невыразимое облегчение. Ее общество помогло ему не потерять рассудок. Она помогла ему пройти через самое мрачное время, с присущей ей терпимостью подстраиваясь под его настроение. Не приставала с расспросами, когда он молчал, слушала, когда он ощущал потребность выговориться.

А в-третьих, он знал, что, даже если не останется навсегда здесь, в отдаленном северном городке, где был так счастлив в детстве, ему нет пути назад, в дом, принадлежавший Глории. Ее сыновья уже вступили во владение Грейнджем и выставили его на продажу. И Оскар был им за это даже благодарен, потому что они избавили его от пытки воспоминаний о Франческе.

— Я должен продолжать жить, — произнес он вслух.

Лежавший у его ног Горацио встрепенулся и с надеждой взглянул на него. Оскар был благодарен псу за компанию. Он встал.

— Ну что ж, пойдем, старина. Пора возвращаться домой.

Когда Оскар дошел до гольф-клуба, уже стемнело. Он с трудом доплелся до прохода между площадками и увидел в ярко освещенных окнах фигуры людей. Здесь отдыхали, словно в уютном кабачке. Все сидели за столиками, ели сэндвичи и, вероятно, делились впечатлениями от игры. Перед клубом был заасфальтированный участок с большими клумбами, на которых летом, наверное, пышно цвели бегония и герань. Сбоку от здания была освещенная площадка, где стояло с десяток машин. Оскар увидел довольно потрепанный «универсал» с открытой задней дверцей. На порожке багажника примостился мужчина, менявший обувь для гольфа на грубые башмаки. Оскар узнал красную куртку и ярко-синие непромокаемые бриджи, но американской бейсболки на голове незнакомца уже не было, и в холодном свете фонаря поблескивали густые, с проседью, волосы.

Человек зашнуровал башмаки и встал. В этот момент Оскар поравнялся с ним. С минуту он колебался, не зная, стоит ли остановиться, обменяться приветствиями и спросить, как прошла игра, но пока он колебался, незнакомец сам проявил инициативу:

— Привет. Хорошо прогулялись?

Оскар остановился и, повернувшись, ответил:

— Немного переусердствовал. Давно не совершал долгих прогулок. А как ваша игра?

— Мы остановились на пятнадцатой лунке. Не выдержали. Слишком стало темно и холодно.

Он нагнулся, чтобы поднять туфли, сунул их в багажник и хлопнул крышкой.

— В такую погоду от игры не получишь удовольствия. — Незнакомец подошел поближе. Оскар увидел очень румяное лицо и пару синих пронзительных глаз. — Извините, вы ведь Оскар Бланделл?

Оскар смутился. Его не только узнали, но еще и назвали полным именем.

— Да, — ответил он почти извиняющимся тоном.

— Я знал, что вы приедете в Криган.