В трущобах Индии

— Будем говорить шепотом, — сказал махрат, — Сердар не должен знать о нашем проекте, который мы исполним, если ты согласишься. Я знаю его, он не согласится на это.

— Я имею тоже нечто предложить тебе, но ты говори сначала, ты первый подал мысль об этом разговоре.

— Весьма возможно, что у нас с тобой одна и та же мысль… выслушай меня и отвечай мне откровенно. Что ты думаешь об эгоизме и равнодушии, с каким Нана-Сагиб принимает в жертву привязанности самую дорогу мечту, все, что Сердар приносит ему?

— Я думаю, как и ты, Нариндра, что принцы смотрят на людей, как на орудие, как на рабов своей воли, и считают важным лишь то, что касается их самих.

— Очень хорошо, я уверен теперь в твоем содействии. Когда я увидел сегодня, как Сердар жертвует собой, даже забывая о восстановлении своей чести, о любви сестры, которая едет в Индию, чтобы вырвать брата из этой жизни авантюриста, которую он ведет так давно, — мне показалось одну минуту, что мы будем свидетелями одного из тех чудных зрелищ, какие, мои бедный Рама, встречаются только в «Парнасе» или «Састрасе», ибо века героев прошли. Я думал, что Нана-Сагиб не захочет уступить в великодушии и величии души тому, кто столько раз жертвовал собою для него; но мечта моя была непродолжительна и отвращение наполнило мое сердце, когда я увидел, с какою легкостью он принимает все от других, ничего не давая им взамен. Чем рискует он во всяком случае? Он кончит дни свои во дворце, получит изрядную пенсию от англичан после того, правда, как послужит трофеем во время празднества в честь подавления восстания, тогда как нам угрожает позорная смерть, ибо, будь уверен, если прощают вождю, то лишь для того, чтобы сильнее поразить его приверженцев, а Сердара тем менее пощадят за то, что он пренебрег амнистией королевы, дарованной ему по просьбе его семьи. Ах! Скажи только Нана: «Сердар, я принимаю в жертву твою жизнь, но не могу допустить, чтобы ты жертвовал своей честью. Иди и исполни то, что ты хотел, восстанови свое доброе имя, верни себе всеобщее уважение и любовь семьи, я здесь в безопасности, как при тебе, так и без тебя.