Стрекоза в янтаре

Раймон хлопнул пальцем по ртутной лужице, отчего она рассыпалась на мелкие шарики, которые раскатились по всему столу.

— Говорят, — он понизил голос, следя глазами за капельками ртути, — что король Людовик встречается в Версале с английским герцогом. Говорят также, что герцог приедет туда, чтобы заключить какое-то торговое соглашение. Однако редко когда удается узнать абсолютно все, мадонна.

Я смотрела на дрожащие капельки, стараясь составить полную картину из обрывочных сведений. До Джейми тоже дошел слух, что посредничество Сандрингема касается не только торговли. На самом деле визит герцога означает возможность заключить соглашение между Францией и Англией. Вероятно, речь также пойдет о Брюсселе. И если Людовик вел секретные переговоры с Англией о поддержке его вторжения в Брюссель, то что будет вынужден предпринять Филипп Испанский, когда бедный кузен предоставит ему возможность надолго отвлечь внимание англичан от заморской торговли?

— Три бурбонских кузена, — бормотал Раймон себе под нос.

Он подгонял капельки ртути одну к другой, и они, как по волшебству, сливались в единое целое.

— Кровь у них одна, а интересы?

Палец снова ударил по лужице, и блестящие шарики раскатились в разных направлениях.

— Я думаю, что разные, мадонна, — спокойно досказал Раймон.

— Понимаю. — Я глубоко вздохнула. — А что вы думаете об этом новом партнерстве Карла Стюарта с графом Сен-Жерменом?

Лягушачья улыбка стала еще шире.

— Я слышал, что его высочество в последние дни частенько наведывается в доки поговорить со своим новым партнером. Он посматривает на корабли, стоящие на якоре, такие красивые и быстрые… но такие дорогие. Земля Шотландии все-таки за морем.

Луч света вспыхнул на ртутных шариках, напомнив мне о том, что солнце клонится к закату. Мне было пора уходить.

— Спасибо, — поблагодарила я. — Вы пришлете мне весточку, если что-нибудь еще услышите?

Он грациозно склонил большую голову, при этом волосы заблестели на солнце, как жидкий металл, и резко откинул ее назад.

— Не трогайте ртуть, мадонна! — закричал он, едва я наклонилась, чтобы откатить шарик, попавший на мой край стола. — Она немедленно соединяется с любым металлом, к которому прикасается. — Он перегнулся через стол и собрал ртутные шарики. — Вы же не хотите испортить такие красивые кольца.

— Вы правы, — ответила я. — Никогда не забуду, как вы помогли мне. Больше никто не пытался меня отравить. Не думаю, чтобы вы, и Джейми тоже, позволили сжечь меня за колдовство на площади Бастилии.

Я говорила спокойно, но воспоминания о ворах и тюрьме Крэйнсмуир были еще свежи.

— Конечно, нет, — сказал он с достоинством. — В Париже никто не был сожжен за колдовство за последние… по крайней мере лет двадцать.