И в аду есть герои

Город жил своей обычной жизнью, даже не пытаясь проникнуть за границу удивительного облака, внутри которого…

Невысокий худенький подросток корчился на полу, его пальцы отчаянно скребли холодный бетон, а из неестественно широко открытого рта вырывалась черная пыль.

– Как ты только помещаешься у него внутри? – усмехнулась Вероника.

– Ненависть творит чудеса, – хрипло ответил Ктулху. – Каждый из нас не более чем пыль, витающая во мраке."

"Погонщик рабов стремительно принимал свой истинный облик. Маленькая лысая голова, плавно переходящая в широченные плечи, мускулистые руки с цепкими кистями, пальцы с острыми когтями… Воистину, Великий Господин оставил в иерархах Кадаф очень мало человеческого! Плотная серая кожа, безгубый рот, обнажающий желтые зубы, извивающийся хвост, мощные ноги, ступни которых заканчивались острыми шипами. Новая память Вероники хранила образ Ктулху, но действительность превзошла ожидания девушки. А зловонное дыхание заставило инстинктивно отшатнуться.

– Ты говорила, что я прекрасен, – напомнил погонщик рабов. Голос его стал хриплым, очень низким.

– А я и не спорю…

Каждая черточка могучего тела Ктулху дышала дикой, первозданной силой. Даже когда он просто стоял на месте, создавалось впечатление, что он едва сдерживает себя, что неподвижность физически претит ему, что единственно приемлемое для него состояние – постоянное движение. Не зря, ох не зря иерархи Кадаф считались лучшими боевыми магами в человской истории.

«Варвар! Необузданный, неутомимый варвар!»

Вероника, она уже привыкла к издаваемому погонщиком рабов зловонию, сбросила на пол блузку, расстегнула и медленно стянула с длинных ног джинсы, оставшись лишь в тоненьких трусиках.

– Ты восхитительна, ведьма! – хрипло прошептал Ктулху и с неожиданной для своего сложения нежностью провел когтем по груди девушки. Маленькие соски напряглись и призывно устремились вверх. – Ты волнуешься?

– Я впервые буду заниматься любовью с гипер… – Вероника запнулась, она уже дрожала от возбуждения. – Со своим.

– Я не разочарую тебя, – пообещал погонщик рабов, приблизившись к девушке еще на шаг. Коготь легонько подцепил трусики и потянул их вниз.

– Я знаю, но…

– Твой страх возбуждает!

Глаза Вероники яростно сверкнули.

– Я не боюсь тебя!

– И твоя ненависть тоже.

– Не стоит злить меня, урод!

– Ты еще не знаешь, на какие вершины блаженства способна вознести тебя ярость!

Крепкая рука Ктулху сдавила плечо Вероники.

– Мне больно!

– Это только начало, грязная тварь! Ты еще захлебнешься своими криками!

Глаза иерарха Кадаф вспыхнули холодным злым огнем.