В глухих лесах

В темноте, как глаза коварного хищника, стерегущего свою добычу, тускло мерцали, — то появляясь, то снова исчезая за столбами, — передние и задние фары машин.

Когда они наконец спустились вниз, Кэрол сразу увидела машину Фрэнка — та стояла между двумя столбами прямо напротив входа. Кэрол остановилась. Миллер, не слыша звука ее шагов, обернулся.

— Что случилось?

Кэрол подошла к машине.

— Вот эта!

— Да, я знаю, почти такая же, как и у Томми.

— Пол, — она показала вниз.

Он взглянул-на номер.

— Тройка и восьмерка рядом!

Он достал из кармана кожаный мешочек и расстегнул молнию. Потом подошел к багажнику, в руке у него был металлический стержень длиной с карандаш; на остро заточенном конце — маленькие выступы. Миллер вставил его в замочную скважину, слегка повернул вправо-влево, потом вверх-вниз; крышка багажника поддалась, автоматически вспыхнула лампочка. Внутри было пусто: тросточки исчезли, на месте коричнево-красного пятна — только едва заметный контур, лишь слабая тень.

— Его вычистили, — сказала Кэрол.

— Если это была кровь, — спокойно ответил Миллер, — то следы все равно останутся.

Он положил отмычку на место, в мешочек, потом достал пинцет, маленький фонарик, ножницы с острыми концами и несколько полиэтиленовых пакетиков для сэндвичей. Включив фонарик, он передал его Кэрол и попросил светить именно на то место, где раньше было пятно. Потом с помощью пинцета и ножниц начал отрезать еле заметные кусочки из разных мест на циновке.

— Посветите в угол, — просил он. — В противоположный…

Кэрол слегка двигала рукой и луч света скользил по всему багажнику, иногда он на время замирал, останавливаясь на какой-то мелочи. Тогда Миллер ловко подхватывал своим пинцетом клочок бумаги, осколок тусклого стеклышка, кусочек засохшей грязи и аккуратно складывал их в разные пакетики. Наконец он взял у нее фонарик, сложил инструменты и захлопнул крышку багажника. Кэрол подумала, что все уже сделано и пора выбираться из гаража, но Миллер не двигался с места, задумчиво глядя вниз.

— Господи, — услышала она его шепот. — Господи, сделай так, чтобы мы не испортили все дело.

Он быстро пошел наверх, Кэрол — за ним. Идти вверх было тяжелее, и поэтому подъем казался непомерно долгим.

— Что же мы будем делать, Пол? Если это кровь…

— Кэрол, по закону у нас не было права обыскивать машину. Совершенно безразлично, какие у нас улики, — суд, вероятнее всего, признает их недействительными.

— Тогда… какой же смысл?

— Мы должны узнать правду и рассказать полиции.

Они были уже наверху. Дежурный все так же сидел у себя в каморке и смотрел ночную программу, когда Кэрол и Пол проскользнули мимо и вышли на улицу.

— Но одного знания правды недостаточно, — сказала Кэрол.