Герцогиня в изгнании

Нет, не перед своей силой или созданной нежитью, а перед тварями пострашнее — людьми, которые испугавшись её силы, точно захотят отнять жизнь Медеи.

Теневые когти с силой прошлись по коре, и та жалостливо заскрипела, поддаваясь силе чудовища — от одной мысли, что кто-то захочет навредить ЕГО некромантке, Кассиан ощутил неподдельную ярость. Он точно сделает всё, чтобы никто не посмел и пальцем коснуться этой необычной девушки с колдовскими глазами.

Но перед этим… может окатить её холодной водой в следующий раз? — раздражённо подумал страж Хильдема, вспоминая последние события. — А то что-то “хозяйка” стыд потеряла! Если так пойдёт она ещё и перед своей нежитью оголяться начнёт, а это недопустимо! Бесстыжая девчонка! И ведь даже толики стыда не было в ней!

Всё внутри Кассиана отчего-то заклокотало. Его хвост нервно заметался за спиной, оставляя на уже порядком истерзанном стволе новые отметины. Когти снова принялись терзать ветку под кошачьим телом, пока из усатой пасти валил пар. Отвлечь стража от негодования смог только зов от ограды — кто-то настойчиво требовал встречи.

Ловко спрыгнув наземь гибкая кошка пошагала в сторону зова, меняя на ходу мягкие лапки на жилистые лапы, приветливую морду на грозный оскал пса из самой бездны, заодно прибавляя в росте и отращивая парные хвосты увенчанные лезвиями.

Оказавшись почти у ограды Кассиан сразу понял, кто пожаловал, но всё же решил встретить этого гостя с размахом. К воинственному виду добавился десяток шипов по всему телу и вторая пара ярко горящих глаз — этот болтливый старикашка точно растреплет местной нечисти, как его встретили, и тем самым избавит Медею от лишних хлопот.

Страж едва смог скрыть удовольствие от новых возможностей трансформации, но пришлось соответствовать грозному облику. Клыки наружу, треугольные уши прижаты к лобастой голове, а взгляд не предвещает ничего хорошего.

В один прыжок оказавшись на стене, Кассиан по-кошачьи свесил голову вниз и угрожающе прорычал:

— Чего тебе, лесной бес? Меня не предупреждали о новом материале для хозяйки. — Только в разговоре с другими страж Хильдема называл Медею так без издевки или насмешки. Ещё не хватало, чтобы тёмную перестали уважать всякие низшие создания.

— Не гневайся, верных хранитель покоя Повелительницы Смерти, — с привычным пафосом изрёк сухой человечек обросший веточками, мхом и островками грибов. Леший, потирая древесную кожу на сухих руках извиняюще протянул: — Дело есть к твоей госпоже. Очень срочное!

— Что же может быть такого срочного, что ты нарушил приказ? — не меняя тона, протянул Кассиан. — Разве ты не в курсе, что к поместью теперь следует приближаться только после разрешения?"

"Леший затрясся, отчего на землю упал кусочек мха, но каяться он не спешил.