Дом в Порубежье

Возле Великих Ворот меня ожидал дорогой Мастер над Монструваканами – в панцире и с Дискосом в руках; стоя во главе Полного Дозора он отдал мне честь. И он смотрел на меня, и я глядел на него, а потом поклоном выказал свое уважение. Тогда он молча отсалютовал мне Дискосом, и я направился к Великим Воротам.

В Великом проходе погасили все огни, чтобы свет не мог выдать меня; и о! ради меня открыли не калитку, а в знак уважения к моему путешествию – сами Великие Ворота, способные пропустить колоссальное войско. Но ничто не нарушило тишины возле ворот, и в темноте Двухтысячный Полный Караул безмолвно воздел Дискосы в знак воинского салюта; со смирением опустив обращенное вниз оружие, я вышел в ночь.

Глава VI

Мой путь

Некоторое время я просто шел вперед – не оборачиваясь назад, укрепляя дух и сердце, – потому что предприятие мое требовало всего моего мужества и душевной отваги, ведь иначе нельзя было спасти мою Деву в укутавшей мир тьме или с честью встретить смерть, когда она решит прийти ко мне.

Так я шел вперед, всем своим существом осознавая горечь разлуки со своим могучим домом, со всей заботой и мудростью, которые таились под сухими правилами и наставлениями.

Сердце мое согревала любовь к Мастеру над Монструваканами, оказавшему мне великую честь, выйдя в панцире в числе полного Дозора, чтобы поддержать во мне бодрость духа в момент расставания. Удаляясь от дома, я ощущал вокруг себя биение эфира, мысли, молитвы и пожелания миллионов людей, оставшихся за моей спиной.

Наконец, слегка успокоившись, я отметил, что ночной воздух чрезвычайно холоден и кажется непривычным; мои легкие и гортань покалывала острая свежесть, грудь моя наполнялась дыханием; получалось, что в наружном воздухе было больше телесности, чем в том, который наполнял плато Тысячного Города, где находился мой дом. Воздух в городах Пирамиды был различен, и разница между этажами была столь велика, что многие люди переселялись на тот, где ощущали себя более здоровыми; однако делали это по правилам и соблюдая необходимую численность. Так поступали не потому, что многим не хватало здоровья, чаще бывало наоборот.

Здесь позвольте мне упомянуть, что в недрах земли – в полях – воздух обнаруживал предельное разнообразие и свежесть; веселя одного, он печалил другого, и всякий мог отыскать для себя подходящее место, руководствуясь разумом в своих поисках.

Так шел я вперед, полный новых мыслей и воспоминаний, даже на мгновение не забывая о своих сомнениях и опасениях. Странно было мне оказаться вовне Пирамиды в Ночном Краю, пусть и еще возле дома, фантазия и воображение нередко приводили меня сюда, но прежде мне еще не приходилось просто ступать ногой по поверхности земли, по почве Ночного Края.