Демон в шоколаде. Зимний бал в академии

— Живая! — выдохнул куда-то в макушку, вновь оказавшийся рядом магистр.

А я… Я вдруг осознала, что чуть не погибла. Артефакт, куда влили свою силу два сильнейших мага, не помог, не спас. Значит, и защитный полог тоже мог дать сбой, и только присутствие рядом демона давало хоть какие-то гарантии на то, что я спасусь, уцелею, доживу до момента, когда мы найдем моего врага. И вот сейчас, когда все кончилось, наконец, стало страшно.

— Лери! Лери, посмотри на меня! — словно сквозь толщу воды доносился голос Эммерса. — Ты вся дрожишь! Тебе холодно? Где болит, Лери?

К нам добежал эльф и некоторые адепты. Кажется, я слышала, как что-то говорил Рил и другие ребята. Но еще до того, как мне закрыли обзор, я успела увидеть его. Итон Клери не сдвинулся с места. Он стоял и смотрел прямо на меня. И, могу поклясться, был напуган не меньше, чем я. Странная реакция для того, кто организовал покушение. Ни досады, ни злости, только совершенно непонятный для меня страх.

— Это то, о чем я думаю? — просил Салмелдир.

— Да, — ответил ему Сеттар. — Я доставлю девчонку к целителям.

— Нет! — это уже воспротивилась я, потому что не желала снова оказаться взаперти, не имея возможности свободно передвигаться. — Со мной все в порядке.

Эльф оценил ситуацию и гаркнул:

— Всем адептам покинуть полигон!

Разумеется, никто не мог ослушаться куратора. Все сорвались с места. И я побежала, но тут…

— А вас, Снарк, я попрошу задержаться!

Глава 17

Задержаться! Как будто у меня выбор есть? Неразумному питомцу, вечно попадающему в неприятности, снова затянули поводок. Наверное, я слишком сильно сжала в кулак руку, отчего кожа на запястье напряглась и натянулась, заставив зашипеть от боли. А я и забыла про ожог. Как-то не до него было."

"Закатала рукав, поднесла поближе к глазам и едва не завизжала. След от браслета был красным, воспаленным, покрытым жуткими волдырями, некоторые из которых лопнули и саднили.

— Ты… — голос демона дрогнул. — Ранена?

Не знала бы, насколько ехидным и коварным может быть этот мужчина, наверное, прониклась бы и истинно уверовала в его искреннюю заботу и беспокойство. Вот только что-то мне подсказывало, что не все чисто со сгоревшим артефактом и нападением на меня. Где-то внутри росла и крепла уверенность, что меня подставили. В очередной из бесконечной череды раз.

Больно было. И неприятно — тоже. Я поморщилась, но ответила, как Снарк, как боевой маг, натренированный терпеть любые лишения:

— Пустяки.

Отвернулась от магистров, чтобы не показывать им руку, сама же не могла оторвать от нее взгляда. По воспаленной коже бегали огненные искры. Их подгонял легкий ветерок, и они танцевали, исцеляя плоть, прогоняя боль. Ожог исчезал, и было намного щекотно. Очень хотелось почесать тонкую молодую кожу.