Весь цикл «Десант «попаданцев» (6 книг в одном томе)

– Ну что, назад? Там уже, похоже, что определились.

Снова осматриваю лица солдат. Нахмурились, на мордах мрачная решимость.

– Вы все подумали?

Тишина. Только ветер посвистывает.

– Хорошо…

Снимаю шляпу, опять пот прошиб.

– Мне все равно кем вы были раньше! Мне все равно – кто вы сейчас! Но мне не все равно, кем вы станете! Ибо в бою вы прикрываете мою спину, а я – вашу! И я должен буду вам верить!

Набираю воздуха в грудь."

"– Испанцы вы или немцы – мне все равно! Вы мои солдаты! Если доживете до этого момента, когда получите право так себя называть! И еще… Рядом с вами будут ваши вчерашние враги – англичане.

Ряды солдат дрогнули.

– Они и мои враги в прошлом. Это с ними мы воевали совсем недавно. И оставили в живых тех, кто этого заслужил. Не всех…

Обвожу шеренги взглядом.

– Не всех мы можем взять к себе и дать в руки оружие. Им пришлось делом доказать нам свою искренность. И это тоже стоило им недешево – могил на кладбище стало больше… Так вот! Вы все – англичане и испанцы, немцы и португальцы – все! Вы можете стать моими солдатами и гордо заявлять об этом в будущем. Ибо вторых таких – нет! И не будет еще очень долго…

Солдаты молчат. Кажется мне – пролети сейчас муха, ее будет слышно всем.

– Становись!

Строй дрогнул.

– Равняйсь!

Шеренги подтянулись.

– Смирно!

Поворачиваюсь к Империалисту.

– Давай, командуй нашим – пусть ведут их в лагерь. Будем начинать работу…

Глава 20

Старый Империалист

Жизнь, оказывается, состоит не только из работы и бесконечного латания «тришкиного кафтана». Бывают, конечно, редкие «радости», вроде визита англичан, но в общем-то жизнь, что в двадцать первом, что в восемнадцатом веках – рутина. Одно могу сказать в безусловную защиту этой жизни – наши жены! Подруги, которые добровольно взяли на себя обязанность скрашивать наши будни, и своими капризами держать мужчин в состоянии боеготовности. Вот так и моя прекрасная, явно прельщенная примером Котенка и американками, захотела стать ученым.

Все-таки одну беду из будущего мы уже занесли в это невинное прошлое. Эмансипация называется. То-то вождь искоса смотрит. Ну хорошо, с этим разбираться будем потом, а пока дела есть более срочные. Организовать саперную роту, из двадцати испанцев, списанных Котенком и Дядей Сашей. А в роте должно быть минимум сотня. Если бы мне дали двадцать гидр, толку было бы намного больше. Так-с, будем внимательно читать списки личного состава, попутно объясняя своей звездочке, что такое «противотанковый еж». Хотел бы я сам знать, как это будет звучать на языке нуму. Надо будет у нашего атамана спросить. Вот ведь гений! Моментально научил свое казачество русскому языку с индейским произношением. В результате их перестали понимать и русские, и индейцы.