Чудо Бригиты. Милый, не спеши! Ночью, в дождь...

Мне бы хоть на один день избавиться от самого себя! А что, если этот простачок не так уж бескорыстен? А что, если он, сволочь, копит моральный капитал для старости? Он ему кажется более надежным. В таком случае он не только честнее, но и умнее меня!

«И этим ты хвастаешь передо мной! Тем, что сам себе противен. Но даже испытывая отвращение к себе, ты не хочешь слезать с тех высот, на которые взобрался. Как ты заботишься о том, чтобы с каждым днем выглядеть все более внушительным. Вы–гля–деть!»

Они выехали в Ригу, и, обгоняя, Наркевич лавировал между машинами, которые, как обычно в конце рабочего дня, заполнили автостраду. Задержавшись с Кариной на даче, он теперь наверстывал время, чтобы не опоздать к началу лекции в институте, где уже ждали студенты.

– Мне тогда надо было уйти от Спулги.

– Почему?

– Мы смогли бы пожениться. Ты не гонялась бы за красивой, как в «Бурде», жизнью.

– Хорошо, что мы этого не сделали. Останови, я пересяду на трамвай.

– Я же могу подвезти поближе к дому.

– Не учи женщин хитрить. Они умеют это делать лучше.

– Во вторник?

– Не знаю, – она быстро вышла из машины. – Может быть. Наверно. Позвони!"

"«Почему я не могу сказать ему сразу? Больше никогда! Никогда! Никогда!»

Через несколько минут он уже входил в аудиторию.

Шелест бумаги и разговоры прекратились сразу.

Глава XV

План действий мы обсуждаем в кабинете у Шефа. После встречи с Зелигманом прошло несколько часов. Но мы с Иваром, конечно, не сидели сложа руки, а по разным каналам собирали информацию об Илгонисе Алпе – так зовут мальчика из Сашиного фотоальбома. Ему семнадцать лет, учится в последнем классе средней школы. Но в определении возраста Зелигман, кажется, ошибся. Сейчас мы уже знаем, что Илгонис носит красную спортивную куртку и серый джемпер, знаем, что в тот день в школе он отпросился после третьего урока, сказав, что должен быть в спорткомитете, знаем, что там не появлялся.

Он кандидат в мастера по мотоспорту.

Кроме того, нам известно, что он замкнут, заносчив – ни в школе, ни в мотоклубе ни с кем особенно не дружит.

Успеваемость хорошая, поведение примерное.

Около трех лет назад вместе с двумя другими подростками постарше был судим за незаконный угон машины. Один из них стал продавать детали угнанной машины (это ничего, что не знаем, какие именно) и был приговорен к лишению свободы, другой, как и Илгонис, отделался испугом.

– Что с ними стало? – спрашивает Шеф.

Следователь прокуратуры Ирина Спулле долго роется в сумочке, ища спички. Наконец обнаруживает их перед собой на столе, рядом с пачкой «Космоса».

– Наркевич учится в медицинском институте на втором курсе, – отвечает Ивар Шефу.

– Как учится?

– Мне сказали – нормально. А Кирмуж после отбытия наказания вернулся в гараж, где работал до заключения.