Чудо Бригиты. Милый, не спеши! Ночью, в дождь...

Пешеходы, судя по их отпускным нарядам и вниманию, какое они уделяли витринам, тоже были, главным образом, приезжими, еще не понимавшими, что такое утро, каким выдалось это, надо проводить на пляже, отложив прочесывание магазинов до пасмурных дней, которые, к сожалению, никогда не заставляют себя ждать.

Наконец, мы вырвались из центра, Силинь облегченно вздохнул и резко увеличил скорость. Но уже на следующем перекрестке прозвучала трель свистка. Силинь и не подумал снизить скорость, лишь негромко, но сочно выругался. Я бросил взгляд назад. На краю тротуара, потрясая нам вслед кулаками, стояли два немолодых человека с повязками автодружинников, третий уже открывал дверцу стоявшего рядом «москвича».

— Только не устраивай гонок, — предупредил Леон. — Они еще собьют ребенка, а виноват будешь ты. Хотя бы по закону морали.

— Не надо было переодеваться, тогда они не посмели бы, — пробормотал Силинь. — Единственное преимущество, какое дает форма. А вот какие преимущества рассчитывают получить эти люди с повязками и эмблемой общественного автоинспектора на машине? Езди по правилам, и тебя никто и так не задержит!

Тем временем красный «москвич» обогнал нас и, следуя лучшим традициям приключенческих фильмов, прижал к тротуару. Задняя дверца распахнулась и из машины выскочили двое разгоряченных погоней мужчин. Силинь, не теряя времени, направился к ним, достав служебное удостоверение, и принялся что–то доказывать. Видимо, он не удержался от кое–каких язвительных замечаний, так как возвратился с весьма довольным видом.

— Номер моей машины они забудут не так–то скоро, — сообщил он нам и включил мотор.

Я так и не понял, одобряю ли его действия, или нет. Как пешеход, я наверняка осудил бы их, но как водитель, в глубине души…"

"Мы проехали станцию, мимо которой равнодушно бежали вдаль рельсы; в полдневный зной вокзал выглядел брошенным, даже газетный киоск был заперт. Затем свернули на лесную дорогу, что вела в поселок. Рядом с дорогой вилась пешеходная тропка, иногда нырявшая в чащу, чтобы спрямить путь метров на двадцать. Досадно было сознавать, что именно желание выиграть несколько шагов оказалось роковым для Лигиты Гулбис. Но это в характере человека — всегда искать кратчайший путь. Солнечный свет, пробиваясь между деревьями, разукрасил наезженную дорогу полосами, как в месте перехода. Вокруг был мох, гнезда земляники, черничные оазисы и, к сожалению, ржавые консервные жестянки, яичная скорлупа, бутылки, обрывки бумаги; лес, который мы привыкли считать наилучшим местом для отдыха или, как неудачно сформулировал автор предупреждающих плакатов, «наш зеленый друг», как оказалось, мог обернуться и недругом, если кто–то использовал его для осуществления своих грязных намерений.