И в болезни, и в здравии, и на подоконнике

Как там отец?

- Счастлив, - Стэн ввалился в прихожую, красный и взъерошенный, и тут же прижал Деллу к холодной куртке. – Хотел передать тебе кусок запеканки. Ты любишь запеканку?

- Не знаю. Наверное. Я все люблю, - жизнерадостно ответила Делла, выдергивая рубашку Стэна из-за пояса и пробираясь к горячему животу. – А вкусная запеканка?

- Обычная. Паста, фарш, томатный соус. Если хочешь, я сгоняю, привезу, - галантно предложил Стэн, симметрично запуская руки Делле под футболку.

- Не надо. У меня еды на полк стражей. Но ты, я так понимаю, не голодный.

- Ну, это смотря в каком смысле, - изобразил невинность Стэн.

- Вот. Сразу видно, что ты ветеран.

- Солдатская прямота, суровая откровенность, намеки толщиной с корабельный канат…

- Вот засранка! – Стэн ухватил Деллу за задницу, прижимая к себе. Через плотную ткань джинсов она ощутила убедительный стояк. – Так… Помнится, где-то тут была спальня.

Они проследовали через прихожую и гостиную, отмечая путь сорванной и брошенной где придется одеждой. Рубашка Стэна улетела на кресло, футболка Деллы приземлилась в углу, а трусы повисли на корешке «Алфавитного перечня ядовитых растений Северной Америки».

Кошка наблюдала за происходящим с глубочайшим удивлением, перетекающим в глубочайшее же омерзение. Улучив момент между поцелуями, Делла извернулась и показала ей язык.

В спальне Стэн огляделся и прицельно обрушил Деллу на кровать, в последний момент замедлив падение. С восторженным визгом она рухнула на матрас и тут же зашипела от боли.

- Черт. Извини. Я не подумал, - игривость Стэна погасла, как выключенная лампочка – мгновенно и безнадежно. – Прости. Очень плохо?

- Нет, нормально, - Делла медленно перевела дыхание, ощущая, как волны боли, расходящиеся от ребер, затихают, сменяясь горячечным жаром. – Забей.

- Меня занесло. Я не подумал, - механическим голосом повторил Стэн, оползая на край. – Не надо нам это делать. А если я…

Ухватив Стэна за руку, Делла потянула его к себе.

Следуя за вектором силы, Стэн одним плавным движением перетек к центру кровати, нависнув над Деллой в упоре на локтях. Солдатский жетон, тихонько звякнув, упал ей на грудь.

- Я не хочу тебе навредить.

- Ты не навредишь, - приподниматься было больно, поэтому Делла надавила ему на шею, вынуждая наклонить голову. Поцелуй был осторожным, как тестирование проклятия, и нежным, как клубничный зефир.

- А если… - Стэн смотрел на нее широко раскрытыми расфокусированными глазами.

- Тогда я скажу. И мы все исправим, - заверила Делла, поглаживая коротко стриженный затылок. Упругие волоски пружинили об ладонь, создавая странную комбинацию щекотки и легкого, на грани восприятия, покалывания. Стэн, прикрыв глаза, подставлял шею, как пригревшийся кот.