Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов

. Дарион. Только непонятно, из-за какой женщины спор. Подтянув разошедшиеся штаны, он бросает на держащего меня за плечи Санаду недовольный взгляд и, громко топая, спускается мимо нас по лестнице. Проходит сквозь расступающуюся толпу и громко хлопает дверью.

Там как раз дождь кончается.

Бармен, управлявший потоками воды, поднимается на второй этаж, чтобы разобраться с помятыми посетителями и бардаком, а Санаду тянет меня вниз.

Посетители перешёптываются и явно ждут объяснений, а я придерживаю вопросы при себе: возможно, дело слишком личное.

– Сюда, – Санаду приподнимает свободную руку. – Самое время доставить вашего любимого соректора в Академию.

И Ника, вздохнув, расталкивает недоумевающих мужчин и женщин. Покорно подставляет свои плечи. Обхватив её, как и меня, Санаду тянет нас к двери:

– Эх, если бы я раньше додумался так сделать, сколько веселья я мог бы не пропускать только потому, что надо сохранять трезвую голову для возвращения.

Ника тяжко вздыхает. А Марк Аврелий, перебежав по рукам Санаду, присаживается возле моего уха, зарывается в волосы.

На улице тихо и свежо.

С серо-голубого неба не падает ни капельки, но мостовые влажные после ливня, потоки серой воды ещё стекают по желобкам.

– Ох, как меня накрывает, – смеётся он и склоняет голову к моей. – А ведь я сегодня не собирался так напиваться. Это всё вы виноваты, Клеопатра! Как вам не стыдно!

– И чего не сделаешь за пятьсот золотых, – картинно вздыхаю я.

Ноги подрагивают. Теперь, когда не надо обязательно держаться, когда нет подбадривающей музыки и взглядов, нет такого буйства эмоций, меня настигает усталость. И шатает меня не меньше, чем Санаду.

Среди нас только Ника стоит твёрдо и прямо.

– А что, тут наёмного транспорта нет? – я еле сдерживаюсь, чтобы не прислониться к стене. – Я готова пожертвовать часть выигрыша за доставку!

– Есть, – усмехается Санаду. – Но так неинтересно.

– Это нечестно! – влюблённо смотрю на бортик тротуара: на него так здорово было бы присесть. – Вы вампир, у вас выносливость и всё такое, а я бедный несчастный человек. У меня ноги гудят и подгибаются.

– То есть вы опять не собираетесь выполнять свои прямые обязанности? – Санаду приподнимает голову, чтобы посмотреть на меня.

– Я требую отгул по состоянию здоровья.

– Ника, – Санаду разворачивает голову. – А принеси ей укрепляющего зелья. Только выбери лучшее, рассчитанное на людей.

– А вы что делать будете? – с сомнением уточняет Ника.

– Дальше пойдём, – Санаду убирает руку с её плеча.

– Я только ползти смогу, – предупреждаю сразу.

– Эх, ну и работнички нынче пошли, – наклонившись, Санаду подхватывает меня на руки, Марк Аврелий перескакивает на живот, а я едва сдерживаю стон блаженства: мои бедные ноги! Санаду вскидывает брови.