Она уже мертва

– Девушка и распорядок – вещи несовместные. Вспомни свою молодость, ба!

Парвати проворчала, что в молодости она была гораздо скромнее, чем чухонская зулейка, и не водилась с пришлыми парнями, и неизвестно – что еще за фрукт этот москвич, и вообще – давно пора познакомиться с ним поближе…

Это сказала Белка, появившаяся в дверях кухни.

Сережа и Парвати замолчали, посмотрели друг на друга, а потом – на Белку. Сережа покачал головой и состроил гримасу, страшную и веселую одновременно: «подслушивать взрослых нехорошо!». А Парвати поманила Белку пальцем:

– Это тебе Аста сказала?

– Я сама видела, – почувствовав себя главным поставщиком новостей, Белка покраснела от удовольствия.

– Когда же ты успела?

– Никто не видел, а ты видела?

– Я встала раньше всех. Раньше Лёки. А… этого Егора на улице ждала машина. Он сел в нее и уехал. Вот так!

– Значит, уехал? – еще раз переспросила Парвати. – И Аста с ним?

– Асту я не видела. Видела москвича и еще шофера, он открывал багажник. Асты там не было.

– В багажнике? – Сережа снова улыбнулся, но на этот раз улыбка получилась не очень убедительной.

– Ее вообще там не было!

– И… куда же она подевалась? – только теперь в голосе Парвати послышались тревожные нотки. – Сходи-ка в ее комнату, Сережа. И посмотри, все ли вещи на месте.

Сережа ушел, а Белка подивилась тому, какими непонятливыми могут быть взрослые. Вряд ли Аста уехала бы, не прихватив с собой свои роскошные полотенца. И «Анжелику» – она до сих пор сиротливо лежит в гамаке.

– Ты точно не видела Асту? – еще раз уточнила бабка, словно надеясь на какой-нибудь другой ответ.

И Белке снова пришлось разочаровать ее:

– Может быть, она сидела в машине, и ты ее просто не заметила?

Может, и не заметила, подумала про себя Белка. Может, Аста встала раньше нее и даже успела принять душ – в пользу такого развития событий говорят лужицы на полу в ванной и отсутствие в баке горячей воды. Но тогда как объяснить, что Астино полотенце осталось сухим? Представить, что надменная до брезгливости Аста воспользовалась чужим полотенцем, Белка не в состоянии.

– И что ты делала на улице в такую рань?

– Ну… Просто вышла. Посмотреть на туман.

– И никого не встретила по дороге?

Никого, кроме куска грязи в прихожей, но вряд ли такие подробности заинтересуют Парвати. Тем не менее Белка что есть силы зажмурилась и представила весь путь до садовой калитки: кусты смородины и крыжовника справа, шеренга яблонь слева, затем кипарисы с обеих сторон, густые приземистые заросли лавра, калитка с отодвинутой щеколдой… Вроде бы все. Никто не прятался в кустах, никто не выглядывал из-за кипарисовых стволов, ни одна веточка не шелохнулась, ни одна молочно-зеленая шишка не упала.

– Ну, хорошо, – смилостивилась наконец Парвати.