Утомленное солнце

Врага в небе не обнаружилось, и штурмовики отбомбились без помех точно по цели…

Двенадцатого октября он снова прикрывал штурмовики, на этот раз необходимо было атаковать аэродром противника.

Сначала все было просто здорово. Под прикрытием истребителей и низкой облачности штурмовики вышли на аэродром и засыпали его бомбами. Но, видимо, точность бомбовых ударов оставляла желать лучшего, потому что не было уничтожено дежурное звено немецких истребителей. Штурмовики набрали высоту, пошли на разворот для новой атаки. А вслед им ударили зенитные пулеметы и пушки. Плотность огня был настолько высока, что из строя выпали сразу два самолета.

Два немецких истребителя стремительно вырулили на взлетную полосу, взяли разгон и поднялись в воздух. Артем не рискнул бить их на самом взлете: не хотел подставляться под зенитный огонь. Он дождался, когда «мессеры» наберут высоту, спикировал на них. Но с ходу сбить их не удалось. Завязался воздушный бой. Немцы были обречены, их сожгли один за другим. Но пока их били, на взлетную полосу вышли другие самолеты. И вдобавок ко всему с неба свалилась четверка «мессеров», возвращавшихся с задания. К счастью, стрелять эти самолеты не могли, поскольку уже израсходовали весь боезапас. Но Артем-то узнал об этом не сразу. Ложными атаками немцы сбили его с толку, что позволило подняться в воздух боеготовым истребителями. Правда, четыре из них были уничтожены еще на взлетной полосе – постарались штурмовики. Но все равно, немцев было достаточно много. Чертова дюжина. Но среди них уже не было безоружных самолетов – две машины были сбиты, а две смогли приземлиться на аэродром.

Вот когда завязался настоящий бой не на жизнь, а на смерть. Артем пытался сохранить боевой порядок, но в конце концов все смешалось и у него, и у немцев. В воздухе кружила смертоносная карусель.

В этом бою Артем сбил одного немца. Но увлекся боем и прозевал атаку «мессера». Снаряд угодил в мотор. Машина вспыхнула, но – слава Богу! – не взорвалась. Но и долго в ней находиться нельзя. Взрыв мог последовать в любую минуту.

– Первый, выходи из боя! – Лешкиным голосом взорвался эфир. – Прикрою!

Без прикрытия выходящий из боя самолет обречен на гибель. Но Лешка выполнил свое обещание. И свой долг. Артем вышел из боя и взял курс на свой аэродром. Лодыгину же было приказано вернуться обратно. Ситуация была такова, что один его самолет мог решить исход сражения. К тому же Лешка должен был принять на себя командование боем.

Горящий «Як» мог взорваться в любую минуту, но Артем прыгать не торопился. Он хорошо помнил карту района боевых действий. И знал, где находится котел, в котором дрались окруженные дивизии. Нужно было продержаться в воздухе хотя бы пять минут, тогда можно прыгать.