Завещание рождественской утки

 – Одной тебе позволительно иметь приятельниц?

– Вы так близко общались, что вместе ездили отдыхать в теплые края? – не обращая внимания на грубость Коткиной, продолжала я. – Если я правильно помню, Вера летала на острова в январе, проводила зимние каникулы на солнышке. Люся, я знаю, ты меня недолюбливаешь, но пожалуйста, ради Филипповой будь со мной откровенна!

– О чем нам с тобой, великой писательницей земли русской, гутарить? – привычно схамила Коткина и шмыгнула носом.

Я посмотрела на ее размазанный макияж и сложила в единое целое разрозненные части пазла: отчаянные рыдания, фотографию, наглость, которую завотделом прозы в последнее время демонстрировала в отношении Веры, вспомнила, что Филиппова, всегда болезненно реагировавшая на грубость окружающих, не обижалась на Коткину… Восьмого марта на корпоративном празднике «Элефанта» я, став свидетельницей очередного колкого замечания, брошенного Людмилой в адрес пиар-директора, спросила у последней:

– Почему ты позволяешь Коткиной хамить тебе? Если сама не хочешь осадить ее, пожалуйся Реброву!

– Люся прекрасный специалист, мы с ней чудесно сработались. Главное – результат в бизнесе, а не манеры Коткиной. Ну не хватает ей воспитания, так меня сей факт не напрягает.

Еще я заметила сейчас маленький брелок, свисавший с браслета Людмилы, с надписью «Maldives» и крохотной куколкой на золотой цепочке. У Веры был такой же в шкатулочке у кровати… Нет, этого просто не может быть!

– Чего уставилась, Пушкин ты наш? – гаркнула Люся.

– Вы любили друг друга, ездили вместе отдыхать, – медленно произнесла я. – А потом Вера завела любовника, следователя Пиратино, и бросила тебя. Так?

Коткина рухнула на диван, закрыла лицо руками и заплакала так горько, что у меня защемило сердце. Я села рядом, обняла ее и начала утешать:

– Успокойся, Люсенька, все будет хорошо…

Она вытерла нос о рукав моего платья.

– Вера сказала, что я ее эксперимент. Она хотела попробовать, получится ли у нее с женщиной… ну… Понимаешь?

Людмила опустила голову.

– Вилка, мне никогда не нравились мужики, я всегда спала только с женщинами, влюблялась в них, как последняя дура. А бабы… Они же бабы! Все, независимо от ориентации, подлые, злые, лживые. Никогда счастья не было, плохо мои романы заканчивались. Знаешь, как у нас с Веркой началось? Она в первых числах декабря подошла ко мне и говорит: «Люся, есть возможность слетать за счет «Элефанта» на зимние каникулы в теплый уголок. Могу взять одного человека, неболтливого, непротивного, спокойного. Хочешь со мной?» Я, конечно, согласилась. А кто откажется? Поездку Филиппова организовала по высшему разряду: ВИП-зал аэропорта, бизнес-салон в лайнере, пятизвездочный отель. Нам предоставили шестикомнатное бунгало.