Завещание рождественской утки

Я хорошо запомнила слова следователя, привожу их почти дословно: «Многие дамочки инсценируют суицид, и то, что я рассказал вам сейчас, классическая схема их действий. Подтверждением моим словам является звонок Галины Борисовой в «Скорую»: «Мы с детьми решили умереть, – сказала она. – Пусть кто-нибудь приедет и заберет наши тела». Поверьте, если человек действительно собрался на тот свет, он не станет предупреждать медиков, оставлять квартиру незапертой и бросать на столе пустую упаковку от снотворного. Борисова хотела испугать Расторгуева, но ошиблась с дозировкой препарата». В общем, Галину спасти не смогли, Нику же откачали. Андрей Борисович устроил девчонку в один из лучших детдомов страны и устранился из ее жизни.

– А что с мальчиком? – поинтересовалась Лидия Максимовна.

– Вроде он умер. Не знаю точно. Хозяин о младенце никогда не вспоминал, он ему не родной по крови, и привыкнуть к нему артист не успел. Вот Нику Андрей Борисович воспитывал с малолетства, поэтому относился к ней хорошо, пока гадючка не совершила ужасный поступок. Один раз Расторгуев мне сказал: «Вероника – мерзкое, лживое существо, но в конечном итоге я должен быть ей благодарен. Не пожелай она убить брата, в моей семье рос бы бастард».

Лидия Максимовна вернулась в детдом, рассказала историю Аде Борисовне, и они решили внимательно наблюдать за воспитанницей.

У детей в экспериментальном интернате прекрасные условия, они живут в комнатах по двое. Соседкой у Ники оказалась Света Крюкова. И как-то раз она пришла к Хотенко и промямлила:

– Нехорошо ябедничать, но, по-моему, Вероника сошла с ума.

– Что случилось? – испугалась Ада Борисовна.

– Вот уже неделю она ложится вечером спать, ждет некоторое время, а когда ей кажется, что я заснула, встает, берет ремни и привязывается к матрасу, – прошептала Света. – Зачем она это делает?

– Никому не говори, – велела педагог, сразу вспомнив, что у четверых мальчиков из шкафов исчезли пояса от брюк.

Вещи испарились восемь дней назад, и никто не мог понять, куда они подевались. Ада Борисовна решила, что мальчишки где-то оставили ремни, например, бросили в раздевалке бассейна, куда ребят возят по субботам, пожурила растерях, попросила завхоза выдать им новые и забыла о происшествии. Дети регулярно что-то теряют, кто шапку, кто варежки. Вон Саша Фреш и того лучше – ухитрился посеять ранец со всеми учебниками.

Но оказалось, что все не так просто.

Около четырех утра, когда у большинства людей наступает самый крепкий сон, завуч на цыпочках прокралась в спальню к Веронике и Свете, осторожно подняла одеяло, под которым лежала Борисова, и обомлела: ноги Ники действительно были примотаны к раме кровати теми самыми ремешками.