Завещание рождественской утки

Звонок, естественно, раздался в тот момент, когда я взбила на голове шапку из шампуня. Сдувая с лица пену, я схватила трубку и испытала шок, услышав голос Пиратино.

– Привет. Ну ты даешь! Не знал, что у тебя мощные связи на самом верху. Наше начальство забегало, как будто ему одно нежное место скипидаром натерли. Мне велели вытащить на свет божий историю Филипповой и привлечь тебя к расследованию. Самый большой босс так орал, что у нас стекла в кабинете тряслись: «Немедленно зовите Виолу Тараканову, она за вас, дураков, все дело распутала!» Пожалуйста, как можно быстрее приезжай в офис. У тебя правда ценная инфа или бла-бла?

– Не знаю, сочтешь ли ты достойным внимания, если я назову имя, фамилию, отчество и адрес проживания маньяка-убийцы, – смиренно сказала я, сдувая пену с носа.

Пиратино отреагировал ожидаемо:

– Немедленно несись в офис.

Я смыла пену и увидела, что пришло еще одно сообщение, на сей раз от Натальи Алексеевны Кирпичевой. Открыла его и увидела фото: на коленях у благообразного старика сидит маленькая девочка, в которой прекрасно узнавалась взрослая Вера Филиппова. Бывают такие лица, их черты мало меняются со временем.

Разговаривать мне пришлось не только с Индюковичем, в кабинете оказался еще и Олег. Он неожиданно заулыбался, встал из-за стола, усадил меня в кресло и предложил:

– Хочешь чаю? Сейчас Валера в буфет сгоняет, притащит плюшек.

Я мысленно поаплодировала Ивану Николаевичу. Ай да Зарецкий! Интересно, как он ухитрился за пятнадцать минут выйти на начальство Куприна? И что сказал, если самый большой босс велел Олегу приседать и кланяться перед госпожой Таракановой? Похоже, я обзавелась собственным джинном безо всяких комплексов, рядом с которым волшебник, помогавший Аладдину, просто ребенок.

– Или ты теперь не отказываешься от кофе? – суетился Куприн.

Дверь кабинета приоткрылась, показалась Тонечка.

– Чего тебе? – не особенно любезно осведомился супруг. – Мы заняты.

– Антонина останется, – тоном императрицы произнесла я, – мы вместе искали убийцу Филипповой.

Куприн поджал было губы, но видно вспомнил головомойку от шефа и снова превратился в Сахара Медовича.

– Проходи, Тоня, устраивайся где хочешь. И начинайте, наконец!

Я вынула из кармана диктофон, на который записывала все разговоры с разными людьми, а подруга посмотрела на Пиратино. Валера втянул голову в плечи. Я повернулась к Олегу.

– Дай честное слово, что не накажешь Индюковича.

– Индиковича, – машинально поправил бывший муж. – А что он натворил?

– Сначала пообещай не размахивать шашкой, – уперлась я. – Валерий настоящий профессионал, но в личной жизни круглый дурак.

– Как большинство мужиков, – подвякнула Тонечка. – Без правильного женского руководства вы бы вымерли.