Завещание рождественской утки

– Да, но как вы ухитрились за одну ночь нарыть столько информации?

Зарецкий откашлялся.

– У меня есть собственная служба безопасности. И я предпочитаю иметь дело с лучшими специалистами. Если читать книги, то только Виолову, шить костюмы исключительно в Лондоне, носить обувь, сделанную вручную по моей колодке, за продуктами ездить к проверенному до последней косточки фермеру. Не хочу хвастаться, но мои сотрудники профессионалы экстра-класса. Я поставил перед ними задачу: отыскать к утру сведения о мальчике. И, естественно, приказ выполнили. Как и где добыты сведения, меня не волнует, главное – они у вас. Сейчас парни продолжают разрабатывать Варламова. Секунду… Только что пришли сведения о его приемных родителях. Прочитать?

– Да, да, пожалуйста! – в нетерпении воскликнула я.

Иван Николаевич чем-то зашуршал.

– Евгения Львовна была тем самым доктором, что приезжала в дом Расторгуева по вызову пятнадцатого декабря для спасения его новорожденного сына. Варламова тогда подрабатывала на «Скорой». Похоже, семья нуждалась в деньгах – муж с женой работали в нескольких местах. Потом они устроились в детдом, где содержались ребятишки с психическими отклонениями и более на дополнительные заработки не отвлекались. Интересно, почему они перестали подрабатывать и удовлетворились не столь уж большими деньгами?

– Может, на машину собирали, накопили и остановились, – предположила я. – Теперь понятно, кто мог рассказать мальчику правду о том, что случилось пятнадцатого.

– Продолжайте, пожалуйста, – попросил Зарецкий.

Я прикинулась, что не услышала его слов, и начала благодарить Ивана Николаевича:

– Огромное вам спасибо!

– Всегда рад помочь, – церемонно ответил мой обожатель. – Дорогая Виола, если с вами случится беда, я умру в ту же секунду.

У меня вырвался смешок.

– Не волнуйтесь, я бессмертна.

Зарецкому моя шутка не показалась забавной.

– Добро бы так. Делом Веры Филипповой занимается ваш бывший муж, Олег Куприн. Лучше расскажите ему все, что узнали, пусть преступника ловят профессионалы. Я не понимаю, почему вы разыскиваете Иосифа Петровича Варламова, но очень обеспокоен. Вроде у вас с господином Куприным нормальные отношения? Позвоните ему.

Я решила не врать Зарецкому.

– Ваша осведомленность поразительна. Олег действительно начал расследование, но его бригаде велели бросить все силы на то, чтобы разобраться со смертью сына какого-то депутата. Остальные дела, какими бы срочными они ни являлись, приказано отложить.

– Ага… так-так… – протянул собеседник. – Можете дать мне минут пятнадцать?

– Зачем? – удивилась я.

– Всего четверть часа, – попросил Зарецкий, – больше не потребуется. Не занимайте телефон, пожалуйста.

Я отправилась в ванную, прихватив мобильник.