Утес чайки

– Она сама этого хотела, – повторял он снова и снова. – Амели. Я давно пытаюсь с ней развязаться, но она не отпускает меня. Амели одержима мной и преследует меня повсюду. Сколько раз я объяснял ей, что пора все прекратить… В ответ – шквал звонков и сообщений. Она снова и снова появлялась у дверей моей квартиры, плакала, угрожала самоубийством, если я не впущу ее. Что я мог…

– Прекратите, Барнс, – оборвал его Калеб. Попытки взрослого мужчины переложить ответственность на плечи четырнадцатилетней девочки вызывали у него отвращение. – Когда вчера вечером полиция обнаружила вас в постели с Амели Голдсби, вы не производили впечатления беззащитной жертвы. Так что не пытайтесь вести себя так, будто не контролировали ситуацию.

– В каком-то смысле я ее действительно не контролировал, – быстро возразил Барнс. – Амели позвонила мне сразу после того, как вылезла из окна туалета на заправке. Она была очень расстроена, и это еще мягко сказано. Что я должен был делать? Я поехал и забрал ее с улицы. Я…

– Что вы должны были делать? – закричал Калеб. – Вы должны были немедленно доставить ее в полицию, а не пускаться в эти бессмысленные бега! Вам вообще ни при каких обстоятельствах не следовало связываться с ней. Когда в феврале вы вступили в сексуальные отношения с Амели Голдсби, ей было тринадцать. Четырнадцать исполнилось только в июле. За одно это, мистер Барнс, вы проведете за решеткой минимум два года.

Алекс Барнс выглядел так, словно вот-вот был готов расплакаться.

– Я не знал этого. Она говорила, что ей шестнадцать. Да она так и выглядела. Видели бы вы ее накрашенную… Только на дне рождения в июле я узнал, что ей исполняется четырнадцать, и захотел немедленно с ней порвать. Но она меня не отпустила.

– Бедный страдалец… – Калеб покачал головой.

Алекс глубоко вздохнул:

– Амели просто сошла с ума. Все время угрожала покончить с собой, если я прекращу с ней встречаться. Я боялся, что она действительно сделает это.

– Поэтому вы, героически жертвуя собой, продолжали с ней спать, – подхватил Калеб. – Какая самоотверженность!

Алекс сжал губы и ничего не ответил."

"Хейл уже знал всю историю от Амели. Она рассказала ее тем вечером, в присутствии ошеломленных родителей. После вторичного исчезновения дочери родители думали, что ничего хуже быть не может. Жизнь убедила их в обратном.

– Амели звонила вам четырнадцатого октября, – сказал Калеб. – Она оставила машину на парковке возле «Теско» и пошла по Бернистон-роуд.

– Да, это был один из ее обычных звонков. «Я уйду из дома, я хочу быть с тобой… Забери меня, иначе я убью себя…» Я ответил, что так и быть, заберу. Пошел по Кливленд-уэй, как было условлено. Мы встретились на полпути между Северной и Южной бухтами.