Усадьба толстушки Астрид

Портниха, к которой мы пришли с баронессой, отметила:

— Какая вы беляночка: что кожа, что волосы. Любо поглядеть.

— Благодарю, — отозвалась я, стоя на специальном возвышении, чтобы женщине и ее помощницам было удобнее оценить мои параметры.

Портниха сняла с меня мерки, переговорила с баронессой и отошла, позвав с собой помощниц, и вскоре те внесли для меня несколько готовых платьев горчичного, охристого, канареечного, лиственно-зеленого и бордового цветов. По размеру и фасону не все платья подошли мне, а вот по цвету попадание было идеальным.

«Портниха – профи», подумала я, задумчиво глядя на себя в зеркало. Последнее из примеренных платьев, бордовое, которое, казалось бы, создано для жгучих брюнеток, село на мне хорошо и сделало цвет лица еще свежее. Да, я все еще толстушка, но какая! Талия, конечно, не из тонких, но она есть! И грудь вон как «встала», приподнялась в правильном наряде!

Мне вдруг стало жаль Астрид. Из-за своего козла-мужа она так и не узнала, что была красива с этой своей фарфоровой кожей, маленьким носиком, пухлыми губами и бархатно-карими глазами. Хотя, как считает Иннис, ее травили, и потому ее красота так быстро стерлась.

— Нравится? — спросила портниха.

— Хорошо сидит, — протянула баронесса, также задумчиво глядя на меня.

— А себе что-то возьмете, Ваша Милость?

— В другой раз. Мы ненадолго в городе, нет времени шить новый гардероб и ходить на примерки.

Портниха кивнула.

В итоге я взяла три платья: это бордовое, которое и без декора выглядят нарядным, повседневное охристое и канареечное. После портнихи мы наведались к белошвейке за сорочками, затем прошлись по лавкам купцов и купили всякую нужную мелочь: пуговицы, ленты, платки и прочие; баронесса отдельно внучкам купила еще кружева и кошельки.

Когда мы закончили шоппинг, уже начало смеркаться; зимний Кивернесс был похож на ноябрьский Екатеринбург, мой родной город: слякотно, промозгло, темно. Мы не воспользовались экипажем, так как до дома было недалеко от лавки портнихи и купцов; следом за нами шел слуга, неся наши покупки.

— У тебя остались еще деньги? — спросила баронесса, даже не повернув в мою сторону головы.

— Да, Ваша Милость, и достаточно.

— Не беспокойся, что потратилась на одежду; платье – доспех женщины. А вот компаньонка – это лишние траты. Я скажу его милости, чтобы не наседал на тебя с этим. Ты вполне можешь обойтись и обычными слугами, коих много у тебя в поместье

— Я намерена выдать тебя замуж этим летом, Астрид. Что бы ни думал его милость, женщина не должна вести себя как рэнд, жить без мужа – неприлично.

Я снова поддакнула, а про себя отметила, что лучше уж компаньонка, чем новый муж.