Усадьба толстушки Астрид

Вторая беременность кончилась так же печально, да еще и Фиона, бабушка Астрид, переоценив свое здоровье, намерзлась во время прогулки, простыла и сгорела от лихорадки за несколько дней.

Имущество Фионы Лорье и ее поместье по праву наследования перешли Астрид. Усадьба была отличная: двухэтажный каменный дом, прекрасный сад, и располагалась в удачном месте близ Тулахского леса, где любит охотиться знать. Фиона Лорье знала об этом и всегда была рада предоставить благородным господам ночлег, а те не скупились на благодарность. Тейг решил воспользоваться жениным имуществом выгоднее для себя и продал усадьбу бабушки и прочее ее имущество. На вырученные немалые деньги семейство Вассов значительно улучшило благосостояние, а лично Тейг купил себе новую лошадь, оружие, приоделся и стал часто уезжать в город по каким-то своим загадочным делам.

Астрид тем временем забеременела снова – и снова скинула ребенка до срока. Тогда-то в семье ее и стали попрекать: больная, мол, слабая. Тейг и вовсе перестал спать с женой, и когда появлялся дома, даже не смотрел на нее. Астрид, все еще переживающая смерть бабушки и очередной выкидыш, а также нападки свекрови и деревенских заклятых подружек, стала заедать стресс и закономерно увеличилась на несколько размеров, превратившись из полненькой милашки в большую, так сказать, женщину."

"У Тейга же поперла карьера. О том, как жизнь столкнула его с самим принцем Стефаном, герцогом Редландским, он домашним так и не рассказал, просто приехал как-то и поставил перед фактом: «Я состою в личной страже принца». Как загордились сыном Вассы! Как гордилась Астрид! Она не смела просить его задержаться дома и тем более побыть с ней и лишь смиренно надеялась, что однажды он заберет ее с собой, и начнется новая жизнь. Так и случилось: новая жизнь началась, но только для Тейга. Брать в нее Астрид он не захотел.

Что ж, на развод он имеет право, но меня взбесило, как он говорил с женой: «Никакие травы не помогут, потому что я тебя не хочу»; «Гусыне не стать лебедем». Проехался он по ней катком, даже не подумал смягчить слова. Она же глупа и ничего из себя не представляет, по его мнению! А себя, значит, каэром, то есть дворянином, считает. Ха! Нашелся образец добродетели, изящества и ума!

Окунувшись в прямом и переносном смысле в чужую жизнь, я была и зла, и возмущена, и разочарована Астрид, и сочувствовала ей... Но я не могу изменить того, что уже случилось, зато могу продолжить ее жизнь по-своему.

Уна подскочила, услышав шаги за дверью; напряглась и я. Открыв дверь, в комнату вошел свекор – мужчина смуглый, крупный и неразговорчивый, который относится к Астрид как к предмету мебели.

Окинув меня взглядом, он спросил:

— Лежишь?

— Да, батюшка, — ответила я; Астрид всегда к нему так обращалась.