Усадьба толстушки Астрид

Но… это уже было не то.

За столом под яблоней уже не обедал мой граф, и мой граф не копошился в огороде, не давал указаний, что не так в моей книге, не ходил по двору, не наглаживал льнущую к нему Рыську… не смотрел на меня с жаром, не зажимал внезапно где-то, пока никто не видит, не целовал так, что голова выключалась… В общем, графа не было, и мне было от этого физически плохо. Мы расстались в самом гормональном угаре, когда пару тянет друг к другу до сумасшествия, и Росса наверняка задело, что я не поехала с ним, хотя он для меня сделал так много.

А не упустила ли я момент? Или наоборот права, что решила чуть сбавить темп отношений? В Тулахе я чувствовала себя рядом с Россом свободно и легко – я была на своей территории. Но в Кивернессе я попаду на его территорию… может, это подсознательно меня пугает?

Да и Нетта, которая уже мечтала поскорее отправиться со мной в город, бесконечно спрашивала:

— Когда мы поедем?

— Скоро, — отвечала я.

— Этак и лето кончится, а каэры женятся только летом!

Я понимала, что лучше не тянуть, но боялась за Иннис. Пока она отлеживалась, я аккуратно разведывала ситуацию в деревне, а также нанесла визит новым хозяевам Тулаха. «Новая» каэрина Даммен тут же вышла из залы, завидев меня, а барон остался.

Я еще раз выразила ему свои соболезнования в связи с потерей отца. Каэр поднял руку, прервав меня:

— Вы и ваша бабушка всегда лезли в нашу семью, пытались получить через нашего отца титулы. Поздравляю – теперь титул при вас. Надеюсь, больше мы вам не интересны. Вы зря пришли, надеясь завязать дружбу: добрых соседей из нас с вами не получится никогда.

Я не обиделась и спросила:

— А как насчет просто мирного соседства без интриг?

— Это меня устраивает.

— И меня. Напомню, у меня нет рэндов, только каэрина – баронетесса Мур. Она будет жить в моей усадьбе и управлять ей, а ее мужу я передам право охотиться в лесу. Относиться к ним следует со всем почтением.

— О баронетессе я предупрежден. И о вас тоже, — многозначительно сказал каэр Даммен."

"Мы также обсудили с ним общие дела, касающиеся баронства и леса, обговорили сроки уплаты налогов, чтобы сразу все от Тулаха отправить в город вместе – так безопаснее, и после этого разговор был закончен. Уже во дворе дома барона я заметила Кэла: сначала он попытался сделать вид, что не заметил меня, но потом все же развернулся и подошел.

— Ваша Милость, — произнес он и поклонился. — Или, может, сразу назвать вас Сиятельством?

— Лучше скажите, рэнд Таггарт, как сами живете? Вы давно у меня не показывались.

— А зачем? — спросил он, глядя на меня в упор.

— Мы уже не друзья?

— Не получится друзей из баронессы и рэнда.

— Для меня эти границы не важны.

— Еще бы, — мрачно усмехнулся он. — Ты так воспитана, что можешь говорить свободно и со знатью, и с простым людом.