Усадьба толстушки Астрид

Наверху нас встретил коридор, тоже украшенный полотнами; пройдя по нему, мы зашли в гостиную, которая пустовала в это время. Хотя нет – нечто пестрое на диване зашевелилось, и я разглядела атрийскую кошку. Внимательно поглядев на нас, кошка спрыгнула с дивана, потянулась – о, какая грация! – и стала к нам приближаться. А потом и вовсе пригнулась, словно на цель идет…

Прозвучала команда на другом языке, кошка остановилась, и мою руку сжала рука графа – все произошло одновременно.

Я сглотнула, глядя на, несомненно, вышколенное и умное животное, остановившееся в опасной от меня близости. Но все равно это животное, тем более кошачьего племени, а кошки, они такие – захотят, и когти пустят!

— Не бойтесь, они всегда следуют командам, — успокоил Бринмор и отправил пятнистую погулять, озвучив еще одну команду.

Кошка, не торопясь, покинула нас, но двери в гостиную так и остались открытыми, так что в любой момент она может вернуться и продолжить меня стращать.

— Садитесь, — сказал мне Бринмор так, словно это была еще одна команда, и выпустил мою руку из своей. — Скоро придет ваш каэр.

— Он не мой, — пробурчала я, отойдя от графа и сев на самый краешек низкого дивана.

Что-то творилось, но что, я не понимала, или же просто растерялась, оказавшись в совсем чужой и незнакомой среде. А может, виной всему Бринмор. То ли он интроверт, которому неуютно с малознакомыми людьми, и потому он так сдержан, закрыт и источает холод, то ли его, знатного такого, бесит, что приходится возиться со мной… но зачем, если я его бешу, везти меня в своем экипаже в особняк и руку подавать, словно я каэрина?

Мучительные минуты ожидания потратили достаточно моих нервов, и наконец-то пришел Фэйднесс. Как и всегда, был он роскошный-потрясающий с этой своей статью древнего викинга и гривой волос, и заметно мятая рубашка навыпуск с длинными широкими рукавами сидела на нем прекрасно, словно так и задумано…

Но он был пьян. Двигался, как пьяный, пах, как пьяный.

— Что за дело, демоны тебя дери? — прорычал он. — Мне пришлось оставить Алисию, а она та еще недотрога. Умеешь ты испортить момент…

— Твоего внимания желает еще одна дама, — ответил Бринмор, и только тогда Фэйднесс заметил меня, скромно сидящую на диване.

Слегка опухшее лицо каэра вытянулось, а глаза распахнулись.

— О боги, каэрина, простите, я не знал, что вы здесь… Вы… — он помедлил, рассматривая меня, и как-то сразу весь оконфуженно сжался словно бы, потому что меня не узнал.

И если в прошлый раз перемена действительно была значительная, а преображение прямо-таки волшебным, то теперь так не скажешь: я примерно того же размера, что и зимой. Я та же.

— Астрид Лорье из Тулаха, — напомнил ему Бринмор. — Та разведенная женщина, о которой тебе велено было позаботиться.