Нижний уровень

Потом отправили учиться за пределы страны, туда, где даже в лицо никто случайно не узнает, хоть мы на свои детские фото уже не похожи.

— Зачем это все?

— За деньги. Власть. Силу. Молодость даже. Ты что, думаешь, что в мире существуют какие-то особые злобные силы, которые творят зло ради зла?

— Ты творил.

— Я был тупым малолеткой, которого истеричная алкоголичка-мамаша била смертным боем при каждом удобном случае. — Джонсон сплюнул сгустком крови и снова попросил воды.

Я воды дал.

— Потом, когда за нас взялись умные люди, я понял, для чего это все делается. Для денег. Любое преступление имеет смысл, если оно ведет к прибыли.

— Ты теперь богат?

— Достаточно богат, — усмехнулся он. — У меня денег больше, чем кажется на первый взгляд. Другое дело, что мне нет смысла ими хвастаться, смысл не в них самих. Хвастаться — вообще дурной тон. Но живу я очень хорошо.

— Даже сейчас? — изобразил я удивление.

— Нет, сейчас плохо. Жил до вчерашнего вечера хорошо.

— Все меняется, верно, — тут уже я усмехнулся. — Что дальше?

— Дальше мы закончили университет. И не бог весть какой, но закончили. А потом мы переехали в Испанию, и там нас познакомили с остальными.

— С Богатыревыми?

— Да, с ними. Были и другие люди, но они появлялись и исчезали.

— И что вы делали?

— Спускались «вниз», ездили, куда скажут. Из этого получались прибыли, с нами делились. Потом появился новый большой проект, очень большой, здесь, и мы переехали в Панаму.

— Что за проект?

— Кокаин, понятное дело, — пожал он плечами. — Что еще здесь может быть? Только кокаин. С нашими возможностями на нем можно зарабатывать невероятные деньги. Не меньше десяти миллионов на каждой тонне. Скорее всего, больше. И мы сможем делать миллионов сто в месяц.

— Хорошо, об этом чуть позже. Расскажи про этот самый «низ». Это от него тянет холодом?

— Да, от него.

Глава 18

Я выполнил свое обещание. После того как Джонсон закончил говорить, я отвел его к дому Ричи, где приметил открытый душ, и там пленный помылся, пока я присматривал за ним, держа руку на кобуре. Мылся он долго и осторожно, стонал и охал — вода щипала, попадая в раны и ожоги. Там же он постирал одежду, которую Ричи повесил сушиться на проволоку, натянутую между столбами, а самого Джонсона он цепью приковал к столбу веранды, петлей затянув ее вокруг шеи и скрепив двумя висячими замками.

Пока Джонсон мылся, он заговорил со мной всего лишь раз:

— Знаешь что, — он снова посмотрел мне в глаза, — отпусти меня. Я уже ничем не смогу навредить, потому что сбегу на другой край света. А взамен я проведу тебя вниз.

— С чего это?

— С того, что сам ты войти туда не сможешь. Нужен тот, кто тебя проведет. Если я тебя проведу, то меня свои убьют, так что выбора у меня не останется. Так мы можем оказаться друг другу полезными.