Нижний уровень – 2

Иллюзий насчет своей сохранности за пикапом как за убежищем я не строил, потому что оба ствола, из которых вели огонь, определялись по звуку – «АК». Их пули прошьют машину в любом направлении без всяких проблем, равно как и меня за ней, и уйдут в песок глубоко-глубоко.

Рванув на себе рубашку, я выдернул из поясной кобуры «сиг», пытаясь придумать, как извлечь из пистолета хоть какую-то пользу, когда любое неосторожное движение выдаст с головой и меня просто разнесут здесь в клочья. Вот именно сейчас стало по-настоящему страшно, обидно и злобно на самого себя – как я так прощелкал противника? За это двойка сразу, и сейчас мне эту двойку поставят. Уже раз и навсегда, окончательно. Единицу, млять, кол в могилу.

Запахло бензином, который, видать, лился из пробитого запасного бака, стекая в кузов. Сейчас какая-нибудь искра – и мое единственное убежище еще и загорится, и тогда уже точно все, хана окончательная.

И вдруг в какой-то момент стрельба смолкла, и я услышал знакомый звук – глуховатое позвякивание быстро вытаскиваемого из «калаша» магазина. Противник все же решил сделать мне подарок – оба стрелка перезаряжали оружие одновременно. Вместе открыли огонь и вместе перезаряжаются.

Господи, благослови идиотов!

Как подброшенный пружиной, я подскочил над бортом накренившегося пикапа, оружие в вытянутых руках уже направлено в цель.

Стрелки из машины так и не вышли. Два человека в масках и, насколько я успел разглядеть, в каких-то светлых перчатках, так и сидели в тени, в проеме за отодвинутой дверью, пытаясь быстро перевернуть связанные синей изолентой горловинами в разные стороны магазины."

"Еще они были в бронежилетах, но я это понял лишь тогда, когда открыл огонь, целясь «в центр масс», то есть в корпус, в тело. Один из сидящих в машине вскрикнул, автомат с так и не примкнутым магазином выпал наружу, в пыль. Второй дернул своего соседа на себя, все там разом заорали что-то, из водительской двери высунулся человек с пистолетом, я перенес огонь на него, он спрятался, и в этот момент у меня закончились патроны.

Тогда он снова высунулся, взмахнул рукой, и в сторону застрявшей машины полетел маленький темный предмет. Но ноги мои между тем несли меня уже куда-то к корме фургона. Я даже не помнил, когда успел вскочить, но направление для бегства выбрал правильно – туда, куда противнику стрелять будет хуже всего. Большой палец правой руки утопил защелку, уронив пустой магазин в песок, левая рука уже выдергивала полный из поча на поясе, а затылок у меня сводило морозной судорогой от предчувствия близкого взрыва за спиной.

Грохнуло уже тогда, когда я выскочил на асфальт и с разбегу завалился на живот. Осколков не услышал, граната куда-то закатилась, наверное.