Уроки счастья

А меня не интересуют солидные дядечки, которым больше интеллектуальные беседы и домашние тапочки интересны, чем нормальные отношения. Как-то так… — я замолчала, тяжело дыша и вцепившись в халат, слова закончились, остались только ощущения.

— Знаешь, а я рад, — признался Лешка, прижавшись к моему виску щекой. — Что ты пришла две недели назад к нам, и мы познакомились. Пусть эти дураки гоняются за глупыми пустышками, смотрящими только в их кошелек. Ты мне нравишься… И Даньке… Это главное…"

"Сердце пропустило удар, я на мгновение забыла, как дышать. Не привыкла к подобной откровенности, точнее, очень давно оная не вызывала во мне таких эмоций. Раньше интерес или раздражал, или пугал, но не заставлял тело вспыхивать жаром, голову кружиться от близости, а фантазию ударяться во все тяжкие, демонстрируя мне всякие пикантности без малейшего стыда. И вот это вот давно забытое волнение, горячее, сладкое, хмельное, смывало весь наносной цинизм и горький опыт, все недоверие и прочую шелуху. Я медленно-медленно повернула голову, с трудом проталкивая вязкий воздух в горло, спиной чувствуя, как Лешино сердце бьется так же тяжело, как мое.

Наши взгляды встретились на несколько секунд, и я утонула в потемневшей глубине, где отражался огонь камина. Кажется, время остановилось, и тихое потрескивание дров звучало оглушительно. А потом Лешка лишь чуть наклонил голову, сокращая расстояние между нашими лицами, и его губы мягко, осторожно прижались к моим. В животе образовалась гулкая пустота, в ушах тоненько зазвенело, и я рухнула в ощущения, чуть не захлебнувшись в них. Целовали меня безумно нежно, неторопливо, лаская губы до тех пор, пока они сами не приоткрылись, приглашая к большему. Раньше я особо не придавала значения поцелуям, были и были, какие-то приятные, какие-то нет. Не случалось в моей жизни такого, чтобы от одного вот прямо крышу срывало и коленки подгибались. До сих пор. Я порадовалась, что сижу, по телу разливалась предательская слабость, а голова сама откинулась на плечо Леше, я даже не заметила, в какой момент начала отвечать.

Время и правда перестало иметь значение, мы целовались самозабвенно, неторопливо и с чувством. Никто не спешил засасывать меня, как вантуз, или засовывать язык чуть не в горло, валить на диван и тут же переходить к активным действиям дальше. Лешка нежно поглаживал мои губы языком, несильно прихватывал, дразнил, пока их не начало покалывать сотнями невидимых иголочек. Низ живота знакомо ныл, жар стекал туда, скручиваясь в небольшой огненный шар, и в крови неумолимо разгоралось давно забытое желание. Не хотелось думать, хочу или не хочу, и если хочу, то насколько сильно. Я наслаждалась моментом, запретив себе размышлять, просто плыла по течению, жадно впитывая разбуженные эмоции.