Дороти должна умереть

Я продолжала скитаться по дворцу, а звон колокольчика становился все громче и громче. Какой же огромный этот дворец!

Звон прекратился, когда я остановилась у резной дубовой двери. Я искренне надеялась, что колокольчик приведет к совершенно обычной двери, но, конечно же, он притащил меня к этому безобразию в самом конце длинного коридора. На двери был вырезан пейзаж, который двигался и изменялся, словно мультфильм, пока я на него смотрела. Мертвые черные дрозды дождем падали на кукурузное поле.

Я постучала и сразу отскочила — один дрозд взорвался под моими костяшками и превратился в кучу перьев. Знакомый нетерпеливый голос приказал войти. Сердце мое ушло в пятки, когда взгляду предстал Страшила, сидящий на краешке кровати и ожидающий меня. Или, вернее, Астрид.

— Да, Ваше Королевское Страшильчество? — прощебетала я самым приторно-сладким голоском, пусть внутренне и сотрясалась от дрожи. Я встретилась лицом к лицу — и наедине — с монстром, ставившим эксперименты над Мелиндрой. Ощутив, как закололо пальцы руки, я слегка успокоилась, когда вспомнила, что клинок здесь, рядом, и явится по первому зову.

Комната Страшилы меньше всего напоминала спальню. Скорее огромный грязный кабинет. Все горизонтальные поверхности были завалены кипами бумаг, грязными тарелками и пучками соломы. Пахло здесь затхлостью и гнилью, как в тележке с заплесневевшими дровами, которую наши соседи катали по всем «Пыльным акрам». У своих ног я приметила книгу в кожаном переплете, открытую на странице с изображением внутреннего строения летучих обезьян. На полях ее красовались заметки мелким пляшущим почерком. Я вздрогнула и с трудом отвела взгляд, поднимая его выше, где вдоль стен тянулись в бесконечность огромные книжные шкафы.

— Ну и? Почему так долго? — резко выпалил Страшила.

Я столь же резко обратила взгляд в его сторону: жуткие глаза-бусинки смотрели прямо сквозь меня.

— Почему сразу же сюда не перекинулась?

— Во дворце запрещено перемещаться, — отозвалась я. Слова сами сорвались с языка.

Мысленно я вздохнула с облегчением, заметив, что Страшила раздражен, но явно ничего не заподозрил.

— Ты должна была уже усвоить, что эти глупые правила не в счет, если вызываю я, — проворчал он, бросая на меня многозначительный взгляд.

О нет. Прошу-прошу-прошу, только не говорите, что он — тайный любовник Астрид. Но Страшила лишь нахмурился и указал на квадратный металлический поднос, стоявший на прикроватном столике.

— С каждой секундой здесь я все больше глупею, — ответила я.

Изо всех сил стараясь не нарушить царивший в комнате бардак, я осторожно переступила через горы всякого хлама и взяла поднос.