Улыбка 45-го калибра

После перестройки Эдик неожиданно занялся бизнесом и крайне преуспел. Ленусик теперь имеет загородный дом, шикарный автомобиль, кредитную карту и море шмоток. Брак их с Эдиком не распался, наверно, финансовые веревки оказались прочнее любовных уз.

Я искренне считала Ленуську своей подругой. Одно время, правда, мы охладели друг к другу, но, после того как моей семье на голову обрушилось наследство, Ленка примчалась в Ложкино и принялась причитать:

– Дашка, как я за тебя рада, прямо счастлива!

А я-то дура принимала ее выкрики за чистую монету. И что выясняется? Ригель ненавидит меня и охотно болтает гадости, причем еще и самозабвенно врет. Уж кто-кто, но она-то хорошо знает, что у меня было всего четыре мужа и что никто из них не обладал каким-либо состоянием. Интересно, за что Ленусик меня терпеть не может? Хотя, ясно. Ей-то в погоне за финансовым благополучием пришлось укладываться в кровать к потному Эдику и зарабатывать себе на жизнь самым древним способом. И штамп в паспорте сути дела не меняет. Ежели дама прыгает к отвратительному кавалеру под одеяло, зажмуривает глаза, затыкает уши и нос, а потом начинает представлять себе, что на самом деле рядом с ней не противно сопящий Эдичка, а Том Круз, то это, как ни крути, самая настоящая проституция. Так что Ленке тяжело достались заветные доллары, мне же они просто пролились на голову золотым дождем. Самое интересное, что я ни о каком богатстве никогда не мечтала. Безусловно, хотела хорошо зарабатывать, но и только…

В наушниках вновь защелкало, потом ворвался голос, на этот раз мужской.

– У меня есть покупатель на вашу вещь.

– Спасибо за хлопоты, я передумал.

– Но как же, – занервничал Петр, – вы же…

– Извините, – ответил приятный баритон, – сколько должен вам за хлопоты?

– Но ведь вы хотели побыстрей получить деньги, – не успокаивался Петр, – я нашел крайне выгодный вариант.

– Благодарю, не надо.

– Спасибо, передумал.

– Послушайте, – обозлился баритон, – что вы ко мне привязались, а? Сначала хотел продать, потом решил этого не делать. Что в этом странного?

– Ничего, – буркнул Зайцев, – кроме того, что ко мне обращаются тогда, когда все уже решено. Выходит, заставили человека зря работать!

– Говорю же, сколько за хлопоты?

– Да пошел ты! – рявкнул Петр.

– А ты меня не посылай, гаденыш, – обозлился баритон, – какую цену предложил, а? Ишь, говнюк, думал проверять не стану? Половину давал? Не хочешь по-интеллигентному разойтись, тогда правду слушай: дела с тобой иметь не желаю, поскольку ты вор и обманщик. Думал у лоха за бесценок купить, а потом подороже продать? Пошел на… Обломилось тебе!

– Заткнись… – припечатал собеседник, – а то, не ровен час, нарвешься, пришлю ребят, они тебя из шкуры вытряхнут и голым по камням провезут.