Ультиматум крупного калибра

Не подскажете, как до него добраться?

– Техасец, что ли? – улыбнулся один из солдат.

– А что, заметно? – улыбнулся в ответ Муромцев.

– Больше слышно, чем заметно, – еще шире улыбнулся солдат. – Техасский выговор не спутаешь ни с каким другим. У меня подружка тоже из Техаса…

– Это здорово! – Муромцев хлопнул солдата по плечу. – Ты сделал правильный выбор! Наши девчонки – самые лучшие!

– Ну, это вопрос спорный, – вмешался в разговор другой солдат.

– И спорить не о чем! – запротестовал Муромцев. – Знаю, что говорю!

– А что это ты такой бледный? – прищурил глаза первый солдат. – Вон – даже круги под глазами. Нездоровится?

– А! – беспечно махнул рукой Муромцев. – Просто не спал уже две ночи! Вдобавок простуда. Дурная здесь погода, парни! Не то что у нас в Техасе… Ну, так как же пройти к пункту оповещения?

– А вот, видишь ту каланчу? – указал солдат на здание, которое и впрямь отдаленно напоминало пожарную каланчу. – Это он и есть. Поднимешься на второй этаж, а там разберешься. – Солдат покосился на старательно курившего Павленко и сказал ему: – Ковбой, угости сигаретой. А то у меня, как назло, кончились.

Павленко, разумеется, не понял, что ему говорят, но сориентировался по тону. Он вытащил из кармана пачку и протянул американцу.

– Я возьму несколько, – сказал солдат. – Про запас.

Павленко неопределенно щелкнул пальцами. Это могло означать что угодно, в том числе и согласие. Солдат извлек из пачки четыре сигареты и хлопнул Павленко в знак благодарности по плечу.

– Благодарю, парни, за подсказку, – сказал Муромцев. – Мы пойдем…

– Бывай, техасец! – сказал солдат. – А все-таки тебе надо полечиться. А лучшее лекарство – это…

– Хорошая бутылка виски! – продолжил его мысль Муромцев. – Так и сделаю!

Американцы разом рассмеялись и пошли своей дорогой.

– Фу, – в изнеможении выдохнул Муромцев. – Вроде как пронесло. А я-то уже подумал, что мы засыплемся. Особенно когда этот весельчак попросил у тебя сигареты. Я думал, ты не выкрутишься…

– Я услышал слово «сигарета», – улыбнулся Павленко. – И сообразил… Ну что, пошли к каланче?

– Погоди, – сказал Муромцев. – Дай отдышаться…

Павленко ничего не сказал, лишь искоса взглянул на Муромцева. Действительно, общение с американскими солдатами отняло у него много сил. Это было очень даже заметно по внешнему виду Муромцева.

– Не косись и не вздыхай, – сказал Муромцев. – Полторы минуты – и я буду в форме. Ты обещал нежно меня поддерживать. Сейчас это мне не помешает…

Павленко подошел к Муромцеву вплотную. Тот оперся о его плечо и закрыл глаза. Это было все, что могли себе позволить спецназовцы в такой непростой обстановке.

– Пошли, – ровно через полторы минуты сказал Муромцев.