Человеческий улей

На пару дней должно хватить, что очень радует, потому как эта отдающая затхлостью гадость — главное, что здесь надо человеку.

Удивительно, но несколько глотков волшебного пойла быстро вернули ему прекрасное самочувствие. Нога, из-за которой он хромал все сильнее и сильнее, почти перестала болеть. Даже когда отдирал от раны присохший тампон выдержал экзекуцию без закусывания губ и душераздирающего зубовного скрежета. А ведь перед этим даже простое прикосновение чуть ли не до обморока доводило. Мир за какие-то несколько минут наполнился прежними красками, в ушах перестали отдаваться гулкие удары пульса, руки больше не дрожали, и вообще он чувствовал себя как никогда прекрасно несмотря на все пережитые злоключения.

Невероятный напиток. Даже странно, что еще вчера он испытывал непреодолимое отвращение при одной мысли о том, что придется всю жизнь употреблять продукт создаваемый с использованием частей тел ходячих мертвяков.

Впереди показался трактор с прицепом. Не первая встреченная на дороге техника, но этот перегородил ее от обочины до обочины, встал косо. Будто начал разворот, и почему-то не закончил. Придется спешиваться, объезжать препятствие по вымахавшей высоко траве будет неудобно.

До преграды оставалось метров тридцать, когда интуиция подала сигнал тревоги. Что-то нечисто, но что? Тень выдает притаившегося за кузовом человека, или что-то на него похожее. Не та ситуация, чтобы начинать с этим разбираться, драпать надо, и побыстрее.

Карат попытался развернуться на узкой дороге, но маневр не удался — под колесами зашуршала высокая трава, несмотря на все усилия ног велосипед начал терять скорость.

— Стоять! Стоять тебе говорят! — крикнули за спиной в две глотки и тут же зловеще лязгнул металл. — Стрелять буду!

Вынужденный обернуться Карат увидел двух мужчин в полицейской форме: седого, в годах, и молодого, на вид чуть менее тридцатника. Один целился в него из пистолета, второй поспешно доставал свое оружие из поясной кобуры.

— Стоять! И руки подними!

Вздохнув, оставил в покое велосипед, поднял руки, не сильно в этом усердствуя, как можно спокойнее произнес:

— Мужики, я тут новенький, у меня брать нечего, и вообще — плохая примета.

— Что?! Руки держать высоко! Снял ружье с плеча и бросил!

— Так мне руки держать или ружье снимать?

— Ружье сними и руки сразу наверх! А что у тебя там?! На поясе?! Обрез?! Настоящий?!

— Что за вопрос?! Зачем мне игрушечный таскать?!

— Во наглый! — изумился тот, который помоложе.

— Обрез тоже брось! — скомандовал старший.

Карат подчинился и последовал новый приказ:

— Нож с пояса бросай туда же! И рюкзак! Бегом!

Снимая ножны с длинным ножом, который прихватил у того же убитого, покачал головой:

— Нельзя рюкзак бросать. Там кот сидит, ему это не понравится.