Ледяной укус

Он остановился и замер, и вдруг я поняла, что чувствует каждая героиня кино, которая пыталась спасти кого-то, отвлекала внимание монстра.

Медленно Тейт повернулся ко мне. Его лицо так красиво, но так смертельно. Его глаза горели, как синий огонь, питаемые фанатизмом и властью, которая затмила все остальное, чего я не замечала прежде.

Казалось, что остальная часть города затихла, чтобы его послушать.

— Это не твоя битва, Балерина.

Он узналменя…но это была Первая Часть Тейта или Вторая Часть Тейта?

Я сделала ещё один шаг.

— Ты напал на мой город, Тейт. Значит это моя битва. Уйди и оставь их в покое.

— Ты думаешь, ты можешь принять меня?

Краем глаза я увидела, как Джонах приближается к Тейту, снова встав на ноги и с мечом в руках.

— Могу я или нет, не имеет значения. Я буду стараться, потому что ты не имеешь права нападать на этих людей.

— Справедливость не восторжествует, — сказал он.

— Это вопрос для людей. Это не твоя забота.

— И всё же ты здесь, — сказал он, протягивая руку, чтобы схватить одного из трёх других полицейских за шею. Полицейский кричал и топал ногами, но Тейт был непреклонен. Он держал его на сгибе руки, и полицейский был не более чем животным, пойманным из спортивного азарта.

Или в этом случае, чтобы доказать свою точку зрения.

— Этот город коррумпирован! — закричал Тейт, поднимая меч в воздухе свободной рукой, с пылом фанатика в голосе. — Его нужно очистить, и через мой меч будет видно это очищение.

Это было время, чтоб забить колышек. Я сделала ещё один шаг вперёд.

— Ты знаешь, Тейт, если бы мне давали четвертак, когда каждый политик обещает очистить этот город, то сегодня я была бы миллионером.

Я услышала благодарное хихиканье в толпе, как Джонах подступал к Тейту сзади, а я спереди.

— Справедливость восторжествует, — сказал Тейт, а затем бросил полицейского на землю и поднял меч для удара.

Ни Джонах, ни я не потратили впустую время. Джонах ударил Тейта в спину, а я подходила к нему спереди с поднятой катаной. Я стремилась к его мечу и сумела сбить его с цели. Наши мечи звенели вместе со встряхивающей тело силой, и я упала на землю, свернувшись до нового проявления.

— Беги! — крикнула я полицейскому, и он откатился.

Тейт недовольно заревел, поворачиваясь, чтобы сильно ударить Джонаха, ранившего крылья с моей стороны. Я отпрыгнула назад, но конец когтя задел мой живот, отправив резкий всплеск боли по моему животу.

Я выругалась, но снова вскочила на ноги. Джонах и Тейт начали битву: гладкая, похожая на фольгу, катана Джонаха против массивного меча Тейта — как самурай, борющийся со средневековым рыцарем.

Они сражались в кругу, Джонах плавно перемещался вверх и вниз по лестнице, и

Тейт следовал за ним.