Украденный сон

Боже мой, Боже мой, — Виктор Алексеевич покачал головой и устало оперся лбом о кулак, — неужели я совсем не гожусь для этой работы? В мальчишке-стажере врага не разглядел. Володьку упустил. Ведь своими же руками толкнул его прямо в пасть к зверю, а подстраховать как следует не сумел. Все надеялся на его профессионализм да на наружников. Если бы они его не потеряли, может, все по-другому обернулось бы. Не прощу себе до самой смерти. Не первый раз людей теряю, но так грубо я еще никогда не ошибался.

— Не стоит так казниться, Виктор Алексеевич, — попыталась утешить его Настя. — Если бы у вас было достаточно помощников и после того, как Ларцева потеряли, вы могли бы послать людей в десять адресов одновременно, трагедию можно было бы предотвратить. А так…

— Знаешь, о чем я сейчас подумал? — вдруг оживился Гордеев. — Почему Олег, все время мешавший нам установить истину, вдруг рассказывает мне всю правду о Никифорчуке?

— И почему же?

— Да потому, что мы с тобой играли вслепую, а гол все-таки забили. Мы поссорили Градова с посредником, и тот перестал ему помогать. Ты думаешь, мы случайно два месяца топтались на месте, а потом в течение суток всех переловили? Посредник устранился от дела, и вот результат. Мы поссорили посредника с Фистиным, и благодаря этому спасли девочку, хотя и руками дяди Коли.

— Получается, Виктор Алексеевич, что мы с вами такие же манипуляторы-кукольники, как этот посредник. Так чем мы лучше его?"

"— Больной вопрос, Стасенька. Как ни трудно в этом признаться, но в нашей работе невозможно сохранить моральную чистоту. Надо смотреть правде в глаза, потому что идеалистические сказочки хороши только для дураков. А мы с тобой не дураки. Мафия, конечно, бессмертна, но ведь и толковые сыщики пока не перевелись. И не переведутся. Может, в этом есть какой-то социально-биологический закон, а? Рассуди нас, Алексей, ты как-никак профессор.

— С точки зрения естественного отбора, мафия будет матереть, а сыщики — крепнуть, слабейшие погибнут, сильнейшие выживут, — ответил Леша Чистяков очень серьезно. — А с точки зрения математики, вы всегда будете существовать параллельно. И никогда не пересечетесь. Никогда. Они вас не сломают. Но и вы их не задавите.

— Ну спасибо, обрадовал, — невесело усмехнулся Гордеев.

* * *Тамара Сергеевна Рачкова отрезала аппетитный ломоть запеченной со специями вырезки и положила на тарелку мужу.

— Спасибо, мамочка, — поблагодарил тот и поднял бокал с вином. — Давай выпьем с тобой за Новый год, пусть он будет таким же хорошим, как и предыдущий. Мы с тобой уже старенькие, многого от жизни не хотим, дал бы Бог здоровья да тихих радостей. Верно?

— Верно, папочка, — согласилась Тамара Сергеевна. — Давай — за Новый год и за нас с тобой. Все-таки сорок лет вместе, не шутка.