Острые углы (СИ)

— Ты помнишь, что обещал? — сказала она, тяжело дыша под ним. — Что вся дичь будет запланирована. А сам что делаешь?

— Настойчиво прошу тебя остаться.

— Я завтра оперирую. Буду собачуле позвоночник собирать. Операция сложная, и мне надо быть в форме, а ты даже выспаться не дашь.

— Дам, — пообещал он.

— Сколько?! Полтора часа?! — воскликнула Лера. — Это ты можешь завалиться у себя в кабинетике на диванчик и гонять секретутку за кофе.

— Ага, если бы… — сквозь ткань легонько прикусил ее сосок.

— А я себе такого… — зажмурилась от волны мурашек, — не могу позволить.

— Я дам тебе выспаться, — пообещал он, отпустил ее руки и задрал на ней футболку.

— Леший, мы плохо кончим.

— Мы охереть, как хорошо кончим. У нас это всегда здорово получается.

— Скотина… пользуешься моей слабостью…

— Останься, — просил он, хотя она уже не собиралась никуда уходить.

— Нам не надо спать вместе. Мы привыкнем… И тогда нам станет совсем тяжело…

— А ты думаешь, что вот так нам будет легче? — рассмеялся он, будто она глупость сморозила.

***Соломатина не отказалась от затеи на виду у всей публики появиться с Радиком, чего Лёшка не просто не одобрил — они по этому поводу повздорили.

— Опять ты за свое, — недовольно сказала она. — Мы уже говорили, что тебе не надо переживать из-за Ромео.

Они с Алькой сходили в тренажерку, потом заехали к Лере, чтобы попить кофе и немного поболтать, а затем Соломатина собиралась встретиться с Радиком.

Разговаривая с Лёшкой по телефону, она как раз выбирала, что надеть, и остановилась на черных джинсах и черной, свободной рубашке. Положа руку на сердце, Лера могла бы Лёхе и вовсе ничего не говорить, он бы и не узнал. Но решила не скрывать и уже об этом пожалела.

Включив громкую связь, она отложила телефон, собрала волосы в хвост и принялась одеваться.

— Я не переживаю из-за него, — сказал он, — мне просто всё это неприятно. Меня бесит, что какой-то придурок решил, что может тебя поиметь.

Алька, услышав его слова, прыснула со смеху, но прикрыла рот ладошкой, чтоб не выдать своего присутствия. Лёха и так злой, не надо ему знать, что у их разговора есть свидетели.

— Меня поиметь?! Кто — Ромео?! — расхохоталась Лера.

— Ну он же так думает, Лера! Ты сознательно провоцируешь эту ситуацию.

Соломатина вздохнула.

— Да мне плевать, что он там себе думает. Главное, чтобы папа подумал, что у меня с ним что-то завязалось. Давай не будем ссориться из-за таких глупостей.

— Хорошо, — сказал он, резко перепав на спокойный тон.

— Что — хорошо? — переспросила Лера, потому что опять в его интонации появились стальные нотки, которые ей так не нравились.

— Давай не будем ссориться из-за таких глупостей, — повторил он ее слова. — Хорошего тебе вечера.

— Подожди, мы же собирались увидеться.