Острые углы (СИ)

Но, видимо, от уныния Полевой страдал больше, чем от голода. Кроме текилы, на столе стояли фисташки, которые он нашел у нее в шкафу, и банка вяленых помидоров — закрытая.

Лежащий на столе телефон Полевого завибрировал.

— Подружка твоя звонит, — сказал Лёха. — Может, ответишь?

— Она же тебе звонит, вот и ответь.

Без особого желания он принял вызов и включил громкую связь.

— Лёш, ты с Лерой разговаривал? — поникшим голосом спросила Алина.

Полевой вздохнул.

— Нет еще.

— Я столько гадостей ей наговорила. Я не хотела… Я так испугалась за Юлика… — разрыдалась она. — Что теперь делать?

— Как будто ты не знаешь, что делать. Приуныла — прибухни. Лёха вон уже начал, — сказала Лера, намазывая тосты сливочным сыром.

— Лерочка, — Алька оборвала плач, — ты там?

— Нет, я тут.

— А можно я к вам тоже приеду? — с каким-то отчаянием спросила она.

— Приезжай. Лёха у меня.

— Всё. Еду!

— Давай.

Лера выложила на сыр вяленые помидоры и придвинула к Лёшке тарелку с бутербродами.

— Лерка, давай поженимся, — сказал вдруг Полевой.

— У-у, — протянула Лера, еще раз глянув на полупустую бутылку. — Ага, давай. Завтра?

— Че ты ржешь опять? Я серьезно, — почти обиженно сказал он.

— Естественно. Ты пол-литра в одного засадил, пока я спала, и теперь серьезен, как никогда. Закусывай давай, а то сейчас детей планировать начнешь.

— А чего их планировать, они у нас точно будут. Девочка… — глотнул из стакана, — и девочка…

— Может, мальчика для разнообразия? У тебя и так одни бабы.

— Да какие бабы, Лера! Нет уже давно никаких баб.

Лерка рассмеялась и откусила тост.

— Как назовем?

— Хорош ржать, говорю. Это надо подумать."

"— Да-а-а, — снова иронично протянула она. — Нам же с тобой больше думать не о чем. Только вот и осталось, что имена будущим детям придумывать.

— Одно другому не мешает.

— Тихо, — оборвала его, перестав смеяться. — Отец звонит.

Полевой замолчал, выплескивая в свой стакан остатки текилы.

Лера не стала уходить в другую комнату, ответила при нем.

— Я думал, ты мне позвонишь, — сказал отец. — Ты была в больнице? Как он?

— Нормально, пап, — ответила она и включила телефон на громкую, чтобы Полевой слышал их разговор. — Всё не так плохо.

— Хорошо, — как будто довольно сказал он.

— Меня радует твое беспокойство.

— Лера, — внушительно сказал отец, — у меня тоже дети. У меня вы. И я не хочу, чтобы с вами что-то случилось. Я думал о нашем разговоре… У меня своих грехов достаточно, но за чужие я отвечать не собираюсь. И мне не нравится, когда меня обвиняют в том, чего я не совершал, — говорил отец жестко и убедительно.

Лера выразительно посмотрела на Полевого.

— Я постараюсь что-нибудь выяснить. Сам… — пообещал Соломатин.

— Ладно. Тогда держи меня в курсе. Целую, папа. Спокойной ночи.