Темные удовольствия

После смены в «Чикади» я села на автобус, чтобы добраться до «Дюн». Хуже всего в загородном клубе было то, что от автобусной остановки нужно было долго идти пешком. Брат оставил свой байк дома, но я понятия не имела, как на нем ездить, и у меня не было времени учиться. Поэтому оставался только автобус.

Когда я приступила к смене в «Дюнах», мои ноги уже болели и я знала, что к концу вечера боль будет в десять раз сильнее. К сожалению, я уже пообещала Изабель пойти с ней на вечеринку братства, которую устраивали Омега Пси Зета. От одной мысли об этом мне захотелось приползти домой и проспать неделю, но обещание есть обещание.

Я проработала половину смены, когда отправилась принимать заказ у пары, сидевшей в глубине барной зоны.

Это были Сорен и Колетт Андерсоны. Снова.

Сорен разговаривал по телефону и по большей части игнорировал свою жену. Я приняла у нее заказ и поспешила прочь, чувствуя дикую усталость от всей их семьи.

Я не успела далеко уйти, как на мою руку легла костлявая ладонь.

— Ева, можно тебя на пару слов? — Колетт последовала за мной.

Я пожала плечами, не имея возможности отказаться. С тех пор как я узнала, что она солгала мне о Нью-Йорке, я стала опасаться ее больше, чем обычно.

Мы завернули в тихий уголок, и Колетт улыбнулась мне.

— Я слышала, вы с Беккетом сблизились в университете.

— Нет! То есть, у нас все в порядке. Ничего не изменилось, — быстро запротестовала я. Я чувствовала, как пылают мои щеки, и мне казалось, что Колетт может понять по моему лицу, что произошло прошлой ночью.

Колетт покачала головой.

— Я уверена, что ты лукавишь, дорогая. Если вы учитесь на одном факультете, это вполне естественно.

Мне нечего было на это ответить, поэтому я ждала, пока она продолжит.

— Дело в том, что летом у Беккета были кое-какие трудности, не считая инцидента с ограблением. У него были проблемы с… зависимостью. — Последнее заявление Колетт произнесла с максимально драматическим эффектом. Когда я никак не отреагировала на ее любительский спектакль, она продолжила. — Его отец беспокоится о нем настолько сильно, что в этом году изменил свой рабочий график, чтобы быть ближе к дому.

Это было неожиданно заботливо со стороны занятого миллиардера. Колетт, однако, не выглядела довольной.

— Это может быть полезно и для него, и для всех вас, — рискнула я заговорить.

Колетт раздраженно тряхнула головой, приглаживая безупречными ногтями выбившуюся прядь своих светлых волос.

— Работа Сорена — его главный приоритет. Он не должен отвлекаться от нее из-за безобразного поведения Беккета, тем более учитывая его возраст.

Ладно, похоже, кто-то не хотел, чтобы ее муж крутился рядом.

— Чем я могу Вам помочь? — спросила я Колетт. Мне нужно было вернуться к работе, а этот разговор был чертовски странным.