Измена. (не) удобная жена (СИ)

Я знала, что теперь остаётся лишь одно — терпеливо ждать, пока он вернётся к полной осознанности.

Эти дни старалась использовать своё время максимально продуктивно, но при этом постоянно держала руку на пульсе всех событий, связанных с его состоянием.

Врачи поражались тому, насколько быстро он шёл на поправку.

— Кажется, он просто рвётся поскорее встать на ноги и покинуть больницу, — с улыбкой замечали они, качая головами.

— Ну да, он всегда был таким… целеустремлённым, — отвечала, пытаясь скрыть волнение за этой лёгкостью тона.

Медсестры же наоборот, каждый раз встречаясь со мной в коридорах, тихонько шептали мне смущаясь:

— Ваш муж… у него непростой характер. Всё ему не так и не эдак. Может, поговорите с ним? Он совсем не слушает нас, всё время ворчит…

Я лишь кивала, стараясь выглядеть спокойной, хотя внутри меня всё кипело от возмущения.

Хотя бы тут, при таких условиях мог не показывать чужим людям свой поганый характер!

— Я прекрасно понимаю, о чём вы говорите. Но не волнуйтесь, скоро ему выделят персональную сиделку, которая поможет снять часть нагрузки с вас.

Михаил, конечно же, как я и предполагала, был взбешён своей собственной беспомощностью.

Он всегда ненавидел зависеть от других людей.

Его природа требовала обратного: чтобы все обращались к нему за помощью, нуждались в нём, смотрели снизу вверх и пресмыкались.

Но жизнь такая штука: вчера ты нагнул кого-то, будучи уверенным, что так будет всегда, а завтра нагнули тебя, да так, что за голову хватишься.

Именно такое ощущение испытал Курбатов, когда пришёл в сознание…

Благодаря моим усилиям Михаила разместили в уютной одноместной палате, где ничто не нарушит его покой, кроме визитов врачей и медсестёр.

Просторная палата с душем, большими окнами, сквозь которые виднеются величественные деревья и бескрайнее зелёное поле.

Настоящая картина для отдыха глаз и ума.

Лежи, Курбатов, и размышляй о том, как тебе жить дальше.

Хотелось бы верить, что совесть, пусть даже на мгновение, пробудилась в нём после этого страшного происшествия.

Возможно, она напомнила ему о случившемся, заставила задуматься о своих поступках.

Как жаль, что я не могу проникнуть в его мысли и голову и понять, что твориться там.

Говорят, что люди, оказавшиеся на грани жизни и смерти, часто пересматривают свои ценности. То, что было важно вчера, вдруг теряет всякий смысл.

Миша, относится ли это к тебе?

Травмы у него серьёзные, но самые тяжёлые повреждения пришлись на ноги и таз. Перелом таза стал результатом того, что его буквально зажало в обломках металла.

— Альбина… — улыбается натянуто, когда мне позволяют впервые побывать у него. — Привет.

— Привет.

Растерян. Разбит. Расстроен. Раздавлен.

Всё это я вижу на его лице, всё это чувствую в каждом его движении.