Ответный удар

Этот мир, родич Юпитера по массе, объему и химическому составу, внешне на него не походил — планета вращалась медленнее, была не так сильно сплюснута у полюсов и не имела ничего похожего на Красное Пятно и систему полос, параллельных экватору[34]. За свою жизнь Коркоран повидал десятка два таких газовых гигантов, несостоявшихся звезд, и все они мнились ему какими-то ущербными — ни тепла и света, как от солнца, ни жизни и разума, как на Земле. Зато богатый склад сырья — можно сказать, неиссякаемый.

Клаус Зибель, сидевший под портретом коммодора Литвина, поднялся и стал заваривать кофе. Делал он это мастерски — очевидно, набил руку за несколько веков. Ароматные запахи поплыли в воздухе, тонко зазвенел фарфор. Зибель, наполнив чашки, первую с поклоном передал Селине. Затем наступила очередь Коркорана и пилотов. Туманов, отказавшись от кофе, отоварился соком в распределительном автомате, выпил его залпом и буркнул в иитерком:

— Оки! Спутники уже видны?

— Только крупные. Уточняю их траектории.

— Помочь?

— Сам справлюсь. Кстати, есть данные спектрального анализа.

— Хотелось бы взглянуть, — сказал Коркоран, прихлебывая кофе.

— Есть, сэр. Вывожу на ваш дисплей.

Слева от планеты, повисшей в центре развернутого в кают-компании пленочного экрана, возник столбец символов и цифр. Водород — 72 %, гелий — 25 %, метан 1,2 %, аммиак — 0,7 %… Дальше шли этан, ацетилен, фосфен, сульфиды аммония и водяной пар, все в следовых количествах.

— Метана и аммиака много больше, чем на Юпитере, — сказал Зибель."

"— Больше в шесть-семь раз, — подтвердил Серый, старший пилот. — Летал я у папаши Юна, будь он неладен! Состав атмосферы помню до сих пор с точностью до тысячных. — Подумав, он добавил: — Меня там чуть в «сапсане» не раздавило. Экспедиция Маринича, семнадцатый год, когда до Красного Пятна добирались.

— Ты с Мариничем летал? — Праа приподняла тонкие брови. — Надо же! А я и не знала!

— Досье на членов экипажа нужно изучать, — сказал Коркоран. — Это функция помощника — знать все обо всех.

— Даже о вас, сэр? — не без ехидства спросила Селина.

— Разумеется. Но в рамках досье.

Зибель с улыбкой глядел на него. Их личные файлы существовали не в единственном числе: одни хранились в архиве флота, в компьютерах «Европы» и «Коммодора Литвина», другие, более похожие на истину, — в базе данных Секретной службы ОКС. Но и там, если говорить о Зибеле, правды было на копейку.

— Информация по семи крупным спутникам обработана, — послышался из интеркома голос Оки. — Передаю параметры орбит.

Экран покрылся рябью цифр, надписей и условных значков.