Ответный удар

Формой Обскурус был похож на грубо высеченный тетраэдр, четыре вершины которого казались сглаженными или сколотыми, вдоль ребер тянулись извилистые горные хребты, а основания представляли собой подобие треугольных равнин без заметных деталей рельефа. Однако серия снимков при максимальном увеличении, которую Асенов вывел на второй экран, показывала, что впечатление ровности и гладкости иллюзорно. В слабом свете, струившемся от гигантского диска газовой планеты, были заметны черные тени; одни, вероятно, отбрасывали возвышенности, скалы и даже горы, другие могли быть провалами, большими каньонами или кратерами, возникшими при падении метеоритов. Одно из этих пятен имело форму размытого эллипса. Судя по масштабной сетке, наложенной на снимок, он достигал двадцати километров в длину и восьми с половиной в ширину. Это образование обладало какой-то внутренней структурой: в прятавшей его темноте просматривались едва заметные светлые точки и мнилось, что мрак — огромная шахта или тоннель, пронизывающий насквозь планетоид, а искры света — повисшие в неизмеримых далях звезды. Интерполирующий программный блок, обладавший интуицией и почти человеческой фантазией, сделал картину яснее: на третьем экране было заметно, что некоторые точки группируются вдоль криволинейных траекторий, другие рассыпаны в полном беспорядке.

— Какой-то астроинженерный комплекс? — спросил коммодор.

— Не исключено, — ответил Асенов — видимо, он занимался изучением этого феномена. — К сожалению, сэр, ни «Африка», ни «Азия» не видят спутники внешней планеты — для них она по другую сторону солнца. Здесь, — ксенолог кивнул на экраны, — обобщены результаты только наших наблюдений, и могу сказать, что из приборов и программ я выжал все.

— Есть какие-то гипотезы?

Ксенолог усмехнулся:

— Целый десяток. Космический рудник, поселение или целый город, колония преступников, завод по переработке сырья, станция, с которой следят за внешней планетой, военная база или все это вместе взятое.

— Возможно, объект не имеет отношения к фаата, — добавил Ибаньес. — Странное природное явление или артефакт даскинов… Подойдем поближе, выясним.

— Сейчас не подойдем. — Врба поднялся. Он был сухопар и очень высок, на голову выше своих подчиненных. — Доктор Ибаньес, доктор Асенов… — Легкий наклон головы. — Благодарю вас. Хоакин, перешлите все результаты на корабли эскадры. Вы свободны.

— Да, командир.

Ибаньес и Асенов покинули зону совещаний. Коркоран поглядел вверх: там, на потолочном экране, во всю ширь раскинулось звездное небо. Вид был не таким впечатляющим, как на Земле или Гондване, — пропасть, что разделяла пару галактических рукавов, казалась мрачной рекой, разметавшей напором мрака слабые искорки звезд.