Удар «Молнии»

Любой выстрел с твоей стороны — считай, одного человека потерял.

— А где гарантии, что твои люди не станут стрелять?

— Мои люди не произвели ни одного выстрела, — заявил Головеров. — Тебе этого мало?

— Хорошо, — помедлив, отозвался тот. — Выйду ровно через три минуты.

Когда парламентер спустился с насыпи, Грязев подскочил к колесу, возле которого сидел Глеб, выбил чечетку.

— На переговоры пойду я! Если пасли только тебя — могут запросто снять. И своих не пожалеют.

— Иди, — разрешил Головеров. — Обеспечь безопасный выезд, ну все как полагается.

— Понял! — Саня сбросил плащ. — За воздухом приглядывай. Вроде, вертолет мелькал на горизонте.

Переговоры длились минут двадцать. Сначала парламентеры стояли друг против друга, затем стали топтаться на месте, прогуливаться взад-вперед, и, наконец, уселись на землю, прямо на проселке. Глеб лежал возле колеса на животе и слушал эфир — пока вроде бы все шло честно, на всех каналах была тишина.

Или объявили радиомолчание, зная, что находятся под контролем? И сейчас намереваются переиграть? Взять реванш?

Вдруг парламентеры встали и решительным шагом направились в сторону трассы. Что-то говорили на ходу, показывали руками…

«Ковбой» приполз под грузовик, потянулся к куче оружия, отобранного у группы захвата.

— Вроде так не договаривались! Куда он пошел?

— Куда надо, туда и пошел, — Глеб дал ему по рукам. Синий микроавтобус обогнул асфальтовый раскатчик и поехал навстречу. Окна его были зашторены…

— Никому не верю! — «Ковбой» стукнул кулаком по земле. — Падлы, обязательно какую-нибудь гадость сделают!

Парламентеры скрылись в микроавтобусе. Эфир по-прежнему оставался чистым, но в небе появился вертолет — пролетел над трассой, сделал разворот и пошел на посадку, прямо на дорожное полотно, поближе к микроавтобусу.

— А это как понимать? — теперь не выдержал Анатолий Иванович.

Вертолет опустился на асфальт, двигателей не выключил. Пригибаясь, под лопастями пробежали двое и тоже скрылись в микроавтобусе. Прошло минут пятнадцать, прежде чем Грязев снова появился на дороге, с кем-то поговорил, пожал руку и прихрамывая, не спеша побрел к фургону. И пока он шел, непринужденно поглядывая по сторонам, в вертолет сели четверо, однако он тут же выключил турбины и вместе со звенящим воем оборвалось напряжение.

Глеб поджидал Грязева возле переднего бампера грузовика, солдатики на всякий случай сидели под машиной."

"Саня примостился на бампере, медленно разулся — на бинтах расплылись огромные кровавые пятна.

— Да, войны без крови не бывает, — поморщился он. — Кстати, привет тебе от Сыча. По космической связи разговаривали… хорошо слыхать, будто за соседним кустом сидит… Глеб, попроси у этих вояк пару перевязочных пакетов.