Удар «Молнии»

"

"Но зато в удачный день, который Глеб почуял с момента, когда проснулся от холода в норе, устроенной среди камней, приговоренный к неотвратимому наказанию депутат выехал из Бамута налегке, в сопровождений всего одной машины с охраной. Глеб вышел на дорогу за полтора часа, отыскал удобную позицию и стал слушать эфир. Расслабленные после ухода войск бандиты чувствовали себя еще вольготно и слишком много болтали, особенно на блок-постах — играли в государственный подход ко всякому делу.

В эфире Кастрата называли всяко — Посол, Картавый, Боров, Груз, Двенадцать или откровенно — Депутат…

Глеб отстрелялся за полминуты. И когда обе машины пылали вместе с асфальтом — гранатометов не было, вершить возмездие пришлось «шмелями» — из задней машины все-таки выскочил один факел, покатился по обочине. Головеров вначале пришил его короткой очередью и лишь после того удостоверился, тот ли испытал неотвратимость наказания, хотя ни секунды не сомневался.

Личного друга Диктатора настигла та же участь…

Глеб тут же, на дороге, бросил на землю последний оставшийся огнемет, закинул автомат за спину и ушел в горы.

Оставаться в Чечне больше было не за чем…

О том, кто совершил акт возмездия, мог знать всего один человек на свете — Миротворец. И то, не знать, а всего лишь догадываться.

И молчать до конца своих дней.

Впервые их свела судьба летом девяносто второго, в тот самый год, когда Глеб встретил Мариту. Явившись в Приднестровье, Миротворец и в самом деле установил мир, видом своим и тяжелой, жлобоватой решимостью до полусмерти испугав «румын». Впрочем, их особенно-то и пугать было нечего: учинив разор и смерть, больше напоминающие разбойный беспредел, чем войну, «румыны» уже тряслись от страха сами, ожидая возмездия И всякий, пришедший сюда и проявивший силу воли, мог стать миротворцем и национальным героем.

Как бы там ни было, но в кругах оперативного состава ГРУ, и, в частности, «Молнии», он получил это горделивое прозвище.

Едва на всех «фронтах», направлениях и позициях прекратились боевые действия, Миротворец пригласил к себе командира группы «Щит», сформированной в «Молнии» специально для Приднестровья, — спасали объекты оборонной промышленности от диверсий и артобстрелов. Обязанности командира тогда исполнял начальник штаба Глеб Головеров, одновременно будучи старшим в антиснайперской команде и собственно снайпером, рядовым бойцом. Мариты уже на свете не было, Глеб переживал самые тяжелые дни и перед аудиенцией с национальным героем всю ночь на пару с Князем хлестал терпкое молдавское вино, крепленое чачей из шелковицы.