Адъютанты удачи

Решение вроде бы и корявое, неудачное, но в то же время – чудесно, просто чудесно!

– Я вижу, вам очень запомнился этот ангел, – улыбнулся Алексей. – Ну а как вам знаменитые папские музеи?

– Что-то у меня не сложилось с Аполлоном, – призналась Полина. – То ли прическа его не нравится, то ли змея рядом с ним, но – не сложилось. В галерее смешная картина Берреттини. Кажется, «Давид, разрывающий пасть льву». Стоит этакий белокурый нарумяненный Давид, великосветский, я бы сказала, но – в косматой шкуре. Гермес, я имею в виду статую, бесподобен. И Эрот с длинными волосами, говорят, что работы Праксителя. А цезаря Августа скульптор явно терпеть не мог, вот и сделал величественную с виду статую, но оставил оттопыренные уши, словно в насмешку. В Сикстинскую капеллу надо ходить с биноклем – там такие тонкие детали в росписях. А Рафаэль… Нет, не люблю я его, и все тут. Что-то в нем есть приторное, что ли. Или не приторное, а…

И Полина стала объяснять, что именно ей не нравится в Рафаэле, закончив словами, что он какой-то чересчур правильный, а потому безжизненный. И еще добавила:

– Очень большое мастерство, но этого все-таки мало.

– Я сегодня дошел до Испанской площади, – сказал Алексей, чтобы похвастаться хоть чем-нибудь.

– А я в ней разочаровалась, – тотчас же отозвалась Полина. – Тесная площадь с лестницей, и фонтан в виде лодки некрасивый. Наверху лестницы древний египетский обелиск, а на обелиске крест – зачем? Или уж одно, или другое. Завтра еще погуляю по Риму, а потом поеду в Тиволи. Тот профессор очень рекомендовал посмотреть там виллу Адриана и фонтаны Эсте, особенно фонтаны. – Барышня поглядела на своего спутника. – А вы, Алексей Константинович, продолжайте работу. Мне кажется, у вас хорошо получается.

Каверин вздохнул и ничего не ответил.

Наутро Полина снова укатила осматривать достопримечательности, а Алексей отправился во французское посольство, чтобы попытаться там навести справки о месье Мертеле. Однако помочь ему не смогли. Либо тот жил по подложным документам, либо так давно обосновался в Риме, что в посольстве его каким-то образом упустили из виду.

Алексей обошел со своими помощниками все гостиницы и места, где предпочитают селиться прибывающие в Рим французы, но следов таинственного адресата не обнаружил. Однако его упорство было вознаграждено совершенно иным образом. В один из дней, когда Полина исследовала римские церкви, к Алексею наведался синьор Веспуччи, почтовый чиновник, который привел с собой молодого сослуживца, пухлого и плешивого. Синьор Веспуччи робел еще больше, чем обычно, но, очевидно, мысль о вознаграждении прибавляла ему смелости.

– Это синьор Маурицио Бланки, мой коллега, – представил визитер спутника.